До щита добралась только одна торпеда, и только-только немного восстановленный щит опять погас. Но не все складывалось гладко, несколько ракет не повелись на фантомгенераторы и воткнулись в нашу обшивку. Опять искин заверещал о множественных повреждениях и разгерметизации нескольких отсеков.
– Группа перезарядки дроидов на выход. Аварийная группа прибыть в поврежденные отсеки, наложить заплаты. Провести тестирование систем защиты. Рекомендую полную разгерметизацию внешних отсеков – раздались приказы главного инженера.
– Наблюдаю запуск торпед, идут на уменьшенной скорости.
Опять на нас нацелилось двадцать торпед, первые десять догонят нас в течении двадцати минут, а вот следующие подозрительно летели не спеша. Для меня это было глупостью, ведь им понадобится больше времени чтобы добраться до нас и нам легче будет их сбить. Что-то в их машинной логике было не правильным.
– Внимание! Тори наращивают количественный состав торпед, – опять вмешался Урчан – следующая волна будет состоять из двадцати торпед. Вношу поправку из тридцати торпед.
Я глянул на монитор и увидел как первая волна торпед резко сбросила скорость и сейчас скорее всего летела по инерции. Понятно, следующий залп будет идти на большой скорости и все три волны торпед прилетят к нам одновременно. Вот теперь по-моему полный тушканчик нам пришел!
– Штурман, рассчитать прыжок!
– А наши истребители?
– Мелькор их побери!.. Одну долю за идею!
– Увеличьте скорость, – послышался голос Натирры, – и еще я могу поставить последовательно восемь щитов с напряженностью около двенадцати процентов каждый.
– У нас и так скорость на ста процентах, двигатели работают на износ, могут взорватся, – возмущенно ответил главный инженер.
– Если не увеличим скорость то скорее всего погибнем, а если увеличим, то выживем и собрав трофеи купим новые более мощные.
– А если двигатели взорвутся?
– Тогда попадем в чертоги богини Ллос, так или иначе. Так что молись своим богам зеленомордый, чтобы движки выдержали.
– А как нас спасут восемь слабых защитных полей? – спросил уже Лайцбрингер.
– От кинетического и энергетического оружия они не спасают, но они детонируют ракетное вооружение, а значит щитами я подорву восемь торпед, правда последняя нанесет нам повреждения и возможно заражение нанорепликаторами.
– Искин офицеру защиты две доли, под протокол. Пинерин давай выжимай все из двигателей. Нарастание ускорения делай плавное, у нас запас гравикомпенсаторов очень слабый могут не выдержать. Пилот выводи нас поближе к звезде, попробуем сбросить торпеды со своего хвоста около нее.
Нам для ускорения необходима энергия, а всю свободную энергию съедают щиты.
– Отключай все второстепенные системы и перекидывай на двигатели, если найдешь избыток то добавь на щиты.
Я слушал эти переговоры, смотрел на монитор и даже будучи полным профаном понимал, что похоже что моя карьера наемника была очень короткой. Все наши действия больше были похожи на агонию, которая продлит наши трепыхания максимум на часы. Двигатели в форсированном, надрасчетном режиме могут продержаться не более часа. Затем, если не уменьшить скорость они могут просто прогореть, а если повезет то просто потеряют в мощности. А у смершей есть еще несколько залпов, которые рано или поздно добьют наш корабль. Я считал, что нам наоборот надо выходить к краю системы для прыжка, а пилоты истребителей могут попросить помощь у дроу.
На дисплее появились сдублированные команды инженера, которые он отдавал через сеть.
«Отключение систем освещения», «Отключение сектора столовой», «Отключение систем жизнеобеспечения на палубах 1,2,3,4,5,7, 9» ….. Список был длинным и постоянно удлинялся.
Наш корабль начал плавный разворот и по большой дуге начал подворачивать к звезде. За нами на некотором удалении двигались красные черточки торпед. На дисплеи четко было видно как вторая волна торпед постепенно притормаживая догоняет первую. Появился легкий кокон силового поля, который в кормовой части нашего корабля принял форму слоеного пирога. Скорость корабля тоже плавно росла и мы постепенно удалялись, был шанс уйти из зоны прицеливания и сорвать пуск третьей волны торпед.
Сидеть вот так в напряжение уже пятый час мне было очень неуютно. И хотя я понимал, что реальной помощи от меня не будет, а своими вопросами я могу мешать, я не мог найти себе места. Я даже воспользовался «кухней» своего скафа, гадость там была несусветная. С этим что-то нужно было делать. Но без изученной базы по обслуживанию, я не мог ничего сделать. Да и не мог я сейчас занять себя чем ни будь. Моя жизнь висит на волоске и при этом от меня ничего не зависит – очень тяжелое состояние души.
Тем временем, наш корабль все-таки оторвался от стаи голодных торпед, воспользовавшись их уменьшением скорости, третьей волны не было. А когда торпеды неожиданно развернулись и направились к своим кораблям, то в боевой рубке раздался взрыв радостного крика.
– Ческа, я снижаю скорость. Датчики показывают перегрев сопельного агрегата двух маршевых двигателей. В идеале вообще их отключить и охладить.
