– Последние дни, я занимался продажей наших трофеев и подсчетом нашей прибыли. Тактический искин высчитывал вероятность успешного окончания нашего рейда. И по итогам всех этих действий и вычислений родилось название нашего корабля. Многие из вас знают, как тяжело получить кораблю хорошее имя, и сколько кораблей с несчастливыми именами бороздит наш космос. По залу прошел смешок, и волна шепота, называющая имена кораблей.
– Но наш корабль показал себя с наилучшей стороны. Дерзкие планы, грозящие нам гибелью, к нашей удаче воплотились в жизнь. И теперь имя нашему кораблю «Улмакрипмкаиз»!
Ангар взорвался дикими криками. И только я еще переваривал новое, название корабля, пока не применил черное наречие. В переводе на нормальный язык наш корабль назывался, – «удача, скованная с дерзостью». Ну, любят орки громко называть свои корабли, правда, надо отдать им должное, название всегда правдивое. Так мне попадались названия: «Отмороженные яйца», «Пустая надежда» или «Пивной клык». По каким причинам корабли получили такие названия можно только догадываться.
Но после объявления Ческой названия корабля, начинался пир, и в ангар на антигравитационных платформах начали прибывать уже накрытые столы. Уже через десять минут был произнесен первый тост, а потом они посыпались как из рога изобилия. Хорошо, что орки употребляли что-то ввиде крепкого эля, иначе до своего тоста я бы не дожил. Хотя возможно, что это мне показалось, потому что свой тост я не помню, – помню, что точно говорил, а вот что говорил, не помню. Но всем остальным мой тост понравился. Так как они его поддержали громким криком, как впрочем, и все остальные здравницы произнесенные сегодня за столом.
Очнулся я в медкапсуле. Но для разнообразия первое лицо, что я увидел, было не морда Илкаша. Встречал мое пробуждение Каркорус, а Илкаш только выползал из соседней медкапсулы.
Что мне понравилось, так это отсутствие «бодуна», ведь это пакостное чувство после хорошей попойки всегда портило утро, когда иногда и жить то не хотелось. Но теперь нельзя было оценить степень гулянки, ведь поговорка – «Если утром плохо, то значит, вечером было хорошо», в данном случае не работает.
Все капсулы были заняты, а в приемном покое вповалку лежало еще с десяток тел желающих снять похмелье при помощи медкапсул. Остальные видимо сюда не добрались, или их еще не принесли. А возможно, что их нейросеть все-таки справилась с алкогольным опьянением.
На сети висело пару сообщений. Одно финансовый отчет об итогах контракта с дроу, и естественно о прибытие денежных средств на мой счет. Естественно решил заглянуть сразу в итоговую сумму, и был приятно удивлен, – почти четыреста тысяч. «Это сколько же денег срубила моя жена?» – сразу же пронеслась в голове мысль, – « похоже, что больше двух миллионов». Тогда сколько мы всего заработали? Получается, что война с тороноидами, хоть и опасное, но довольно прибыльное предприятие.
Моя жаба сразу же начала подсчет «чужих» денег. Лайцбрингер как Ческа, забирающий сразу треть от общей суммы получил где-то около тридцати пяти миллионов. И даже учесть, что он берет на себя все затраты на корабль, то он солидно в плюсах. Еще одна такая операция и он окупит все свои вложения. Так, похоже, что покупка своего корабля очень сильно продвинулось вперед среди остальных задач.
С этой мыслью, я и завалился в свою каюту. И выпал в шок. Женская половина команды праздновать еще продолжали. Судя по запаху, с которым даже не справлялась система кондиционирования в каюте, праздновали тут долго и обстоятельно. Но все, же фаза этого празднования была в заключительной стадии. В относительно вертикальном положении оставалось только три особи, – Ната, Киа и гобла Пехи Монца из инженерной группы. Варя вместе с девушкой Леца спали на кровати в спальне, похоже, что они первые «финишировали», и теперь более-менее цивилизовано спали.
Еще пять гобл заняли места по-над стенкой комнаты, а орка, – пилот челноков спала на столе. Если честно описать мне это очень затруднительно, у меня даже слов не было. Похоже, оставшиеся из «живых» девушки меня даже и не заметили, так как продолжали что-то бурно обсуждать. Понять их было очень тяжело, постоянные повторы и иканье, прерывающие их фразы, но понял что главная тема обо мне. Я все же сделал над собой усилие, но так и не понял толком, что они точно говорят, а просто спрашивать у них я не стал.
Я аккуратно на цыпочках проник в свою спальню, переоделся в скаф, и, взяв эти надоевшие «железяки», покинул свою каюту. У меня срочно нарисовались дела на планете, и я только отправил послание на сеть Каркорусу, чтобы он где-то через пол часика заглянул в мою каюту и разобрался с бардаком, что организовали его дочери.
