— Иди ты… — отмахнулся Олег. — Мы с ней давеча только что не подрались.
Патрик с серьезным видом покачал головой:
— Первый признак, малыш, первый признак…
— Слушай, — Олег потихоньку начал злиться, — мы с тобой, кажется, не в школе и не в казарме. Мы с тобой, по-моему, о работе говорим.
— Ладно, ладно, не буду… Да, кстати о работе: Дюруа вчера ты уработал?
— Сержанта-то этого? Ну я. А что?
— Сотряс плюс два ребра. Перестарался, не находишь?
— Кто ж знал, что он такой… Выглядел уж больно серьезно. У вас там что — все такие?
— Не поверишь — почти все. Из моей полуроты только трое смогли пятьдесят раз отжаться. Но уж эти трое — такие ребятишки, держись за что попало, самому впору бояться… Джейн эта твоя, кстати, тоже из таких. Она Дюруа, бедолагу, могла похлеще тебя окучить. Остальные — барахло. Зато уж понты и боевой смрад — на высшем уровне. Гордость фюрера… Да! Я же Дженкинса видел!
— Ну?! И что он?
— Разгуливает в форме без погон, но важный!.. И ты знаешь, в авторитете. Для всех он господин полковник. И этот его… Санчо Панса при нем. Адъютант господина полковника. Знаешь, — Патрик вдруг стал серьезен, — эти горе-вояки, они ж тут всерьез верят, что на переднем крае находятся. Воинская честь, ветеранское братство, все дела…
— Да-а… — протянул Олег. — Кстати, что за пальба у вас там вчера приключилась? Сарацины нагрянули?
— А хрен его знает, — с неожиданной злостью ответил Патрик. — То ли опять по миражам палили, то ли… Я позавчера в пустыне своими глазами джип видел.
— Какой? — обалдел Олег. Сроду на пустынных базах никаких джипов не было — одни песчаные катера.
— Какой-какой… С колесами. После чего глава Службы безопасности вежливо и тактично объяснил, что мне все померещилось… Кстати, малыш, нет ли у тебя такого ощущения, что нас просто красиво и качественно слили? Твои-то тебя раскололи, так?
— И тебя заодно… Знаешь, я бы с выводами не спешил. Сюда сто лет никого не присылали, так что тихари, вроде нас, вычисляются безошибочно. А по нашим «потеряшкам» есть что-нибудь? — неожиданно вспомнил Олег. — Нас же, в общем, из-за них сюда прислали…
— Знаешь что, малыш, — раздумчиво протянул Патрик, — есть у меня такое говенное чувство, что «потеряшки» тут вообще не при делах. Так, предлог. Короче говоря, приказываю как старший группы: «потеряшек» побоку. Прояснить общий расклад, вскрыть ключевые фигуры, поработать с ними — аккуратно, без всяких там силовых акций! — и валить отсюда со всей возможной прытью. Уж больно у меня предчувствия поганые.
— Обижаешь, начальник. Силовые акции — это по твоей части, где уж нам, ползунам… А Руди?
— Руди я беру на себя. Приедем — вот увидишь, выпорю гада. Вот этим самым ремнем. Все усвоил?
— Понял, шеф. Ладно, пора мне. До связи, — Олег двинулся к выходу из тупичка, Патрик потянулся было следом, но Олег жестом остановил его: — Негоже, маэстро. Вот выйдем мы вместе — и за кого ж нас примут?
Патрик погрозил кулаком, Олег, лучезарно улыбнувшись, послал ему воздушный поцелуй, выбрался из тупичка и зашагал к канцелярии.
Там все решилось неожиданно быстро, к вящей радости Олега, изготовившегося уже к нескольким раундам головоломной борьбы с местной бюрократией. Олег оказался зачислен в состав технического персонала Крепости в качестве техника 2-й статьи — с мизерным, разумеется, окладом. Никаких «особых инструкций» и «наставлений» не последовало, что даже несколько огорчало: подобные вещи, как правило, могут пролить некоторый свет на происходящее. С тощей пачкой допусков в кармане он направился к техническому ангару.
Макс занимал небольшую мастерскую, под завязку набитую всяким дохлым электрохламом. Сам он, зажав в зубах сигарету, копался в недрах непонятного устройства, вооруженный лазерным паяльником и портативным диагностером. Завидев Олега, отложил сигарету, приветственно помахал паяльником:
— Здорово! Посиди пока, я сейчас.
Олег уселся в единственное свободное кресло, обвел мастерскую взглядом. Куда б не занесло — черт его дери, на любой базе все одинаково! Этих баз Олег перевидал не меньше сотни… Единственное отличие: в каморке Макса вместо постеров с голыми девками и мотоциклами по стенам оказались развешены репродукции какой-то графики, а также пара изображений самого Макса: небольшой набросок гуашью, выполненный четкими, скупыми мазками и довольно приличный шарж.
Макс и в самом деле управился быстро. Не успел Олег докурить, как он уже повернулся к нему вместе с креслом, протирая очки и щурясь.
— Есть такие уроды, которых к технике близко подпускать нельзя, — сообщил он, водружая на нос окуляры и снова обретая самоуверенность. Олег обвел помещение вопросительным взглядом, Макс кивнул и указал глазами на отдушину под потолком. Вот оно как, подумал Олег, почти не скрываются. Внаглую всех пасут, и хоть бы кто пикнул. Такое впечатление, что здесь это в порядке вещей. Интересно, есть в моих файлах что-нибудь насчет истории этого мероприятия? Чем-то же оно обосновано? Никакая СБ никогда себе такого не позволяла…
Так что задал он совсем не тот вопрос, который хотел бы:
— Так ты тут один, получается, пашешь?