Гражданская война в Сирии. В механизированную бригаду, ведущую бои за Пальмиру, прибывают снайпер-контрактник Саша Измайлов и его напарник ефрейтор Батлай Жамбаев. Задача новоприбывших – подавить снайперские и пулеметные точки на соседней улице. Снайперы находят оптимальную точку, отмечают ориентиры и заполняют карточку огня. Низкая подготовка игиловцев позволяет Сане убрать сразу троих. Первый успех вскружил голову. Война показалась увлекательным приключением. Но вскоре всё меняется…Автор убедительно показывает, как ломаются стереотипы даже у подготовленного бойца в условиях реальной войны, где всем заправляет смерть.
Павшим и живым.
Тем, кто честно защищал и защищает «дальние рубежи», посвящается.
Книга основана на реальных событиях, но все совпадения по названиям, датам, номерам частей и позывным могут быть случайными.
– Конечная. – Водитель «Тигра» повернулся к двум бойцам, сидящим за ним. – Выходим. Дальше троллейбус не идет.
Саня Измайлов, 27-летний сержант-контрактник стрелковой роты снайперов, старший снайперской пары, ухватился за ручку и, открыв бронированную дверцу, тяжело спрыгнул на пыльную дорогу. Из полуразрушенного здания к нему навстречу уже двигался офицер из группы российских советников, обеспечивающих 106-ю механизированную бригаду сирийцев, ведущую тяжелые бои за Пальмиру.
– Сержант Измайлов, – представился Саня. – Прибыл в распоряжение начальника разведки бригады…
– Капитан Маринин, – отозвался офицер. – Советник по разведке.
Офицер возрастом был вровень с сержантом. Они пожали друг другу руки.
– Показывайте ваше хозяйство, – улыбнулся сержант.
Из «Тигра» выбрался второй снайпер, который взвалил на себя не только тяжелый рюкзак и винтовку, но и трипод в брезентовом чехле да пару складных туристических стульчиков.
– За мной, – пригласил капитан, и они направились в сторону полуразрушенного квартала.
Пока они шли, осторожно обходя завалы, Маринин быстро обрисовал обстановку:
– Авиация бомбила квартал два дня подряд, мы наблюдали прямые попадания в скопления живой силы противника, но когда садыки двинулись вперед, оказалось, что несколько огневых точек летчикам подавить не удалось. У них пошли потери, мы подтянули батарею дэ-тридцать и за полдня накрыли все выявленные цели. В общем, этот квартал заняли, а вот следующий – никак. Пехота отказывается идти в бой, хоть ты тресни. Говорят, что там много пулеметов и снайперов, и пока мы их не заткнем, войны не будет. Так что, пацаны, на вас вся надежда…
Они подошли к одному из зданий, капитан предупредил:
– Та сторона обстреливается, так что осторожнее. Думаю, вам удобнее будет работать с третьего этажа, оттуда обзор хороший…
На первом этаже здания располагался взвод сирийцев, которые в большом котле готовили себе еду, и, как отметил Измайлов, совершенно не озаботившись охранением и наблюдением за противником.
Маринин о чем-то коротко на арабском переговорил с сирийским командиром и махнул сержанту рукой:
– Работайте, братья…
Боевая задача была поставлена еще в подразделении, поэтому, что нужно было делать, снайперы знали, и времени на раскачку у них не было…
Парни сгрузили свою поклажу в угол помещения и налегке, прихватив с собой только винтовки и бинокль, по полуразрушенной лестнице осторожно поднялись на третий этаж. Здание, по всей видимости, раньше было значительно выше, но верхние этажи сложила авиация, когда шлифовала квартал, готовя его к наступлению механизированной бригады. Одно из помещений приглянулось сразу: над головой было целое межэтажное перекрытие, а в стене, обращенной в сторону противника, зияла пробоина диаметром сантиметров двадцать, через которую Измайлов и решил работать.
Здесь же нашлось место и для наводчика-наблюдателя – второго номера снайперской пары, которым был ефрейтор-контрактник Батлай Жамбаев, достойный сын бурятского народа. Наводчик приглядел себе место практически рядом с «амбразурой», разве что решил установить треногу для ЛПР с расчетом, что вести наблюдение он будет через оконный проем поверх толстой каменной стены. Осторожно выглянув в пробоину, Измайлов убедился, что позиция выбрана вполне удачная – уже сейчас, невооруженным глазом, он видел перемещения боевиков на той стороне – в пределах гарантированной досягаемости его винтовки.
– Замечательно, – сказал он, откатываясь в сторону. – Отсюда и будем работать.
Они спустились вниз и увидели, как два садыка, «брата по оружию», раскрыв один из снайперских рюкзаков, деловито перебирали вещи, отложив уже в сторону сухпаек и «цейсовский» дальномер, купленный Батлаем на свои деньги буквально перед самой командировкой.
– Это что такое? – спросил Измайлов, доставая из разгрузки пистолет. – Какого лешего?
Увидев хозяев рюкзаков, сирийцы глупо улыбнулись и попятились к выходу.
– А ну! – Жамбаев ухватил ближнего сирийца за руку и резко выдернул у него из-за пазухи свою медицинскую аптечку.
– Второго посмотри, – сказал Измайлов, подняв ствол «макарова» на уровень глаз.
У второго ничего не было, и их отпустили.
– Хорошенькое начало, – резюмировал сержант. – Еще бы понять, кто тут с кем воюет…
