Дальше все пошло, как по нотам. Командир приказал личному составу сложить оружие, а самим собраться в комнате для отдыха. По требованию налетчика отправил стрелка в пургу махать флажком. Спустя пять безрезультатных минут, Андрей вернул озябшего парня в поезд, спросил сигнальную ракету. Таковая нашлась. Солдатик выстрелил в темно-лиловое небо красным «фаерболом». Скоро из пурги в белом маскхалате вынырнул человек, скороговоркой произнес пароль, шмыгнул в кабину.
- Высаживай их и гоним, - прошипел он, выглядывая из-за высокой спинки водительского сиденья.
- Погодь, - Андрей повернулся к полковнику:
- Выгружайте товар и быстро. У меня мало времени.
- Все ящики в грузовом кунге, - недобро проговорил офицер.
- Ну, и! - нетерпеливо воскликнул Андрей.
- Можно просто отцепить.
- Так отцепляйте! - Андрей выкатил глаза. Командир бесил своей неторопливостью, замешенной на уязвленном самолюбии.
Полковник отдал распоряжение, трое стрелков выбежали в снежную круговерть.
- Эй-эй, - водила по пояс вывалился в проход, - Чека сказал, все забираем с собой.
- Планы поменялись, - резко ответил Андрей.
- Какого черта? - сэсэсэровиц полез из сидения.
- Присядь, - Андрей навел на него пистолет, - им оно нужнее. На город идет нечто неимоверно монструозное. А нам сваливать без груза даже легче будет.
Секунду-другую человек колебался, затем опустился на место, забубнил:
- Сам перед Чека будешь оправдываться. Я предупредил.
Скоро в дверном проеме возник разрумянившийся стрелок:
- Готово. Отцепили.
- Всех троих сажай в поезд, - приказал Андрей офицеру.
Отъехав от «вокзала» метров на триста, высадил конвой. Хотя милитаристский груз оставил для обороны города, оружие стрелков присвоил.
Держал вояк на мушке, пока состав не тронулся, и сплоченный коллектив не растаял в снежной круговерти. После чего захлопнул бронированную дверь, занял место рядом с водителем на пассажирском сиденье, выдохнул:
- Аривидерчи амигос.
Метель как будто успокаивалась. «Наверное, из-за колодца», - предположил Андрей. Обвел взглядом окруженный со всех сторон высотками двор. Под скрип взбесившихся стеклоочистителей, вцепившись в штурвал, механик таращился через лобовое стекло на мчащийся навстречу снег. Вел железную гусеницу по белому шторму к светлой расщелине между двух утесов. «Состав» растянулся на тридцати метров. Локомотивом шел ратрак с широченными резиновыми гусеницами, какими уплотняют склоны на горнолыжных курортах. За просторной кабиной на единой раме крепилась капитанская рубка с люком и станковым пулеметом. За ратрак цеплялся бронированный кунг с бойницами по бортам, с топливными баками и боекомплектом, за ним спальный «вагон», с откидным столом, с запасами воды и пищи. Четвертый грузовой остался в метели. Все вагоны зиждились на сплошных широких лыжах из нержавеющей стали. Скользили по снегу, как плоскодонки по воде.
Тягач катил плавно и неторопливо, около двадцати пяти, тридцати километров в час. Спидометра на приборной панели не было.
Словно между Сциллой и Харибдой прошли между двух четырнадцатиэтажек и, наконец, выползли на оперативный простор. Снег ударил в стекло, будто рой злющей белой мошки. Сквозь мельтешню просматривалась черная туча, которая уже накрыла большую часть города.
- Главное, чтобы по нам не шарахнули, - не отрывая глаз от пурги, проговорил машинист.
- В такую метель… - Андрей недоговорил. Словно встряхнули дробь в жестяной коробке, застучало по крыше. Инстинктивно они сжались, покосились на бронированный потолок - ни одной пробоины.
- Фигня, - сказал Андрей, распрямляясь в кресле, - автомат не пробивает.
- Ага, а РПГэшка? - проговорил механик, помолчал и добавил, - или «осой» шарахнут?
- Если не дураки придержат для более опасного зверя.
И этого зверя они скоро увидели. А пока Андрей сидел рядом с водителем и смекал, как управлять транспортом. Ничего сложного - автомат. Газ даешь - едет, отпускаешь - останавливается.
Туча быстро надвигалась, и стихающая метель, это уже стало заметно, позволила разглядеть в центре низкого темно-лилового облака, опутанного рыхлой паутиной, нечто белое и мясистое. Андрей узнал «кальмара», только этот был размером с кита. Он бы так и подумал, если бы сквозь темную хмарь не просматривалось неторопливое волнообразное движение плавников. И глаз. Огромный, казалось, смотрел прямо на него. «Кракен», - проговорил Андрей побледневшими губами.