Автор романа «Снег, газ и стальные трубы» Анатолий Иванович Марченко-Калашников прошел трудовой путь от мастера цеха на ПО «Невский завод» до ведущего специалиста специализированного управления «Леноргэнергогаз». Он не по наслышке знает о создании газоперекачивающих агрегатов, о пусконаладочных работах на них и об эксплуатации магистральных газопроводов.Главные герои его книги – люди с разным складом ума и характера, жизненные пути которых пересеклись в газовой промышленности.Виталий Верховцев – человек с сильным характером, умеющий ставить перед собой точные цели и обладающий энергией, необходимой для их достижения. Ответственный и с высокими амбициями – он не позволяет себе останавливаться на полпути. Тем не менее, это человек с катастрофической судьбой. Костя Соловьев – баловень судьбы. Все ему дается легко, казалось бы, без видимых усилий с его стороны. Юра Степанов – мягкий, добрый, интеллигентный человек с научным складом ума. Жизнь заставила его полностью поменять свой имидж и превратила в современного жесткого руководителя.О людях, которые только начинали освоение газовых богатств крайнего Севера говорили примерно так: они – герои, в будущем о них сложат стихи и песни, снимут кинофильмы, напишут книги. Роман Анатолия Марченко-Калашникова является лишь скромной попыткой методами художественной литературы воздать этим людям должное: кесарю – кесарево, слесарю – слесарево, инженеру – инженерово. Или, хоть немного, рассказать об их жизни.
Конец сентября. На улице уже становилось довольно прохладно и дул небольшой ветерок. Хорошо, что хоть дождь не шел, а то было бы совсем тоскливо. Виталий посмотрел на три помпезных здания на Комсомольской площади. Три вокзала. Ехать он никуда не собирался, и делать ему тут, конечно, решительно нечего. Но нужно куда-то деться, хотя бы спрятаться от этого неприятного ветерка. Где бы пристроиться, хотя бы просто присесть? Он прошел мимо киосков вдоль прозрачной стенки, отделяющей платформы Ярославского вокзала от узкого прохода на привокзальной площади. В конце стенки на асфальте сидели несколько бомжей. Они что-то пили, ели и тихо переговаривались между собой. Виталий остановился немного в стороне и посмотрел на них.
Люди как люди. Где-то обитают, чем-то питаются, как-то живут. Чего их так все побаиваются? Виталий вспомнил, как он в командировке на севере застрял в небольшом аэропорту. В аэропорт он прилетел на самолете Ан-2 местной авиалинии. Дальше самолеты не летали, и его должен был забрать вертолет. Но вертолет почему-то не появился, и Виталию пришлось заночевать в поселке. Хорошо сказано: заночевать. Но где? Поселок маленький, гостиницы нет даже для специалистов из Газпрома, а на улице минус тридцать. Да в этом поселке, похоже, вообще ничего не было, кроме нескольких домиков и деревянного здания, которое и аэропортом-то грех назвать. Виталий уточнил у начальника аэропорта, что вертолет за ним прилетит только утром, и расположился на одной из многочисленных неудобных скамеек. Плевать, закалка мингазпромовского профессионального командированного и здесь не подведет, как-нибудь переночуем. Термос с горячим кофе, несколько бутербродов, книжка, сигареты… Что еще командированному нужно?
Он уже растянулся во весь рост на скамейке, открыл книгу, как входная дверь открылась и в зал ожидания в клубах пара вошли сразу четверо бичей. Здоровенные мужики в полушубках. Виталий сразу почувствовал себя крайне неуютно. Северный бич – человек непредсказуемый. Но бичи вели себя вполне мирно, сели на скамейки и стали растирать замерзшие лица и руки.
Из своего кабинета вышел начальник аэропорта. Он был уже тепло одет, явно собирался домой. Начальник неодобрительно посмотрел на бичей и недовольно проворчал:
– Опять появились.
– А куда же нам деваться, Алексей Петрович? – сказал один из бичей. – На улице вон какой мороз.
– Ладно, – хмуро проговорил начальник порта, – оставайтесь. Но если хоть что-нибудь, хоть самую малость устроите, всех на улицу выгоню, а порт на замок закрою. Усекли?
– Будь спокоен, Алексей Петрович. И сами ничего не устроим, и другим не позволим.
Начальник ушел, Виталий продолжил читать книгу, вполглаза наблюдая за бичами. Те достали из сумки кусок хлеба, вяленую рыбу и стали все это грызть, запивая водой. Поели, немного поболтались по залу ожидания. Остановились у весов, на которых взвешивают багаж. Посмеялись. По очереди взвесились. Один из бичей подошел к Виталию и сказал:
– Пойди тоже взвесься.
Виталий пожал плечами, пошел и взвесился.
– Вот и познакомились, – рассмеялись бичи. – Да ты нас не бойся. Мы никого не трогаем, мы смирные. Работы сейчас нет, вот и болтаемся где придется.
На этом все разговоры закончились.
– Все, мужики, пора спать, – сказал кто-то из бичей.
Виталий огляделся. Скамеек явно на всех не хватало. Мужики увидели его растерянный взгляд и рассмеялись:
– Мы у пассажиров места не отбираем. Настоящий бич спит на полу.
Далее последовала такая процедура: бичи спали на полу по двое, один полушубок расстилали, другим накрывались. Мужики, наверное, сильно устали, потому что заснули почти моментально. Да и Виталий тоже недолго мучился бессонницей: перелеты и переезды его изрядно вымотали.
Утром, когда Виталий проснулся, бичей уже не было. И ничего не пропало. Бичи за собой даже пол подмели.
Виталий продолжал смотреть на бомжей с Ярославского вокзала. Ночуют же они где-то? Может, в укромном месте под платформой или еще где-нибудь? Неужели для него у них места не найдется? Бомжи обратили внимание на странного человека, уставившегося на них, и стали с осторожным интересом его рассматривать.
– Ты вот что, мужик, – произнес один из них. – Ты к нам не примазывайся. Мы тебя в свою компанию не возьмем. Тут все люди честные, и преступников нам не нужно. От тебя тюрьмой пахнет.
