И уже не удивляешься, когда слышишь от британцев, что Чайковский и Рахманинов, конечно, недурные мелодисты, но второсортны, так как слишком сентиментальны и поверхностны, что Брамс «выше» (superior) Чайковского, а Рахманинов «ниже» (inferior) Элгара (привет всем до сих пор верующим в политкорректность и толерантность так называемых цивилизованных народов). Как будто Рахманинов создал только милую польку и ностальгический вокализ, а великолепные фортепианные концерты, по праву вошедшие в репертуар всех великих пианистов, многоплановые симфонии, заставляющие слушателей пережить всю палитру чувств, написал за него кто-то другой. Как будто не принадлежат перу Сергея Васильевича трагедийно-исповедальные «Симфонические танцы», ставшие гениальным звуковым воплощением стихотворения Тютчева:
И это тоже поверхностно, сентиментально, второсортно?! Убейте – не соглашусь. А сокровенное «Всенощное бдение»? Стоит только зазвучать хору, как просветленная, нежная звуковая волна бережно подхватывает и несет ввысь. Перед мысленным взором открывается мир. Родной мир, в котором все знакомо и любимо, даже если ты попал туда впервые, все устроено ладно и правильно. Странное чувство, когда находишься за тридевять земель от отчизны, но такова сила настоящего искусства.
Искренне, с энтузиазмом исполненная национальная музыка волнует, даже когда звучит странно, экзотически, парадоксально. В конце 1980-х американский рок-музыкант Пол Саймон выступил в Москве в рамках мирового турне по раскручиванию этнического альбома «Грэйслэнд». Пластинку записали в ЮАР, поэтому на концерте в Зеленом театре маститого американца сопровождала вокальная группа «Ледисмит блэк мамбазо». Африканские голоса – гортанные, хрипловатые, с песочком – были полной противоположностью привычному с детства прозрачному, кристальному звучанию академических русских хоров. Манера исполнения тоже поражала. Артисты цокали, чмокали, улюлюкали, устраивали музыкальные переклички. Но пели они от души, заражая и сражая наповал, намертво впечатывались в душу и память. Когда, работая в Африке, я узнавал об их предстоящих выступлениях, с удовольствием слушал вновь. Летом 2015 года группа выступила в театре «Моссовета» совместно с лондонским Королевским балетом. Немыслимое, казалось бы, сочетание, но эксперимент в очередной раз доказал, что искреннее исполнение, уходящее корнями в народное творчество, и высокое академическое искусство могут органично сосуществовать, невзирая на кажущуюся абсолютную стилистическую несовместимость. На одном из концертов «Ледисмит блэк мамбазо» исполнили на бис песню «Боже, благослови Африку», которая стала гимном пяти государств: ЮАР, Замбии, Зимбабве, Танзании, Намибии. Это исполнение звучит во мне до сих пор.
По сходному сценарию развивалось знакомство с другим известным южноафриканским коллективом – хором «Соуэто госпел». Сначала я услышал его в Кении и приятно поразился слаженности, профессионализму певцов, их задорной одержимости тем, что они делают, непринужденно передавшейся слушателям. Последний раз «Соуэто госпел» порадовал меня на Рождество 2013 года в московском Доме музыки. Поначалу публика воспринимала хор с прохладцей, но мощный положительный заряд, который излучали певцы, сломал ледок отчуждения. После концерта люди расходились в приподнятом настроении. На лицах блуждали невольные улыбки, как будто со сцены только что сообщили донельзя приятную новость.
