Я написала тебе это письмо, чтобы ты знал, что я принимаю твой выбор. Я люблю тебя и желаю только одного — счастья. Если это то, что ты действительно хочешь, тогда совет вам и любовь.
Спасибо, что ты был в моей жизни. Был моим хорошим, моим самым дорогим и любимым мужчиной. Я никогда тебя не забуду…
Прощай.
Уже не твоя малышка.»
Его сердце сжимается от сильной боли. Предательские слезы прочерчивают горячие дорожки на щеках и Малфой нервно вытирает их ладонью.
Она не могла вот так легко поверить в это дерьмо! В то, что он разлюбил её, в то, что он мог променять её, самую потрясающую девушку в мире, на кого-то другого!
«Грейнджер, ну почему ты веришь тому что видишь?! Ты же все правильно помнишь! Всё именно так было и есть! Вот он я, жду тебя, как верный пёс! Я не могу без тебя! Дура! Дура!
Чёрт, я убью эту суку Гринграсс!!!»
Ему нестерпимо хочется заорать, чтобы всё вокруг взорвалось к чертям! В бессильной ярости Драко сжимает кулаки и комнату тут же сотрясает от резкого выброса его дикой неконтролируемой магии. Все рамки и стеклянные предметы лопаются и со звоном рассыпаются, кофе брызгает на ковёр, а старый диван заваливается к камину…
Драко выдыхает последние капли своего гнева и устало садится на пол, у сломанного дивана. Рука нащупывает на полу что-то похожее на конверт.
— «Моему сыну Драко » — читает он знакомый каллиграфический почерк.
Мерлин! Письмо отца. Драко и забыл про него. День рождения начинается с «незабываемых» подарков. Он еле отказывается от мысли уничтожить находку. К боли от письма Грейнджер добавляется ещё и мерзкая тоска по отцу. Они оба бросили его. Радует только, что Грейнджер, Слава Мерлину, жива… А вот отца уже не вернёшь…
«Сын, когда ты получишь моё письмо, меня уже не будет на этом свете.» — с тяжёлым вздохом Драко читает последнюю весточку от мертвеца. — «Я своё пожил. Не хочу быть причиной твоего позора и мучений Нарциссы. Вы оба очень дороги мне, чтобы обрекать вас на бедное и жалкое существование. Поэтому я сделаю то, что сделаю. Так нужно.
Знаю, это будет выглядеть, как самоубийство. Но это скорее казнь. Я сам себя казнил. За то, что в погоне за идеальным миром, я уничтожил нашу семью. Моей главной целью должна была стать забота о тебе и твоей матери. Но я, глупец, ослепленный ненавистью к магглам и желанием власти, выбрал неверную дорогу, отмахнулся от вас и поставил на кон всё. И всё потерял.
Я не буду просить прощения, сын. Скажу только, что наш последний разговор по душам это вся та правда, которую ты должен помнить обо мне. Возможно, когда-то я был неправ по отношению к тебе, несправедлив и слишком придирчив, но ты вырос достойным человеком. А значит я все-таки что-то делал правильно.
И твой выбор я тоже принимаю. Пусть мисс Грейнджер рождена от магглов, она всё же самая непревзойденная ведьма. Я видел её в деле. Она лучшая. Умная и смелая, именно такая женщина должна быть рядом с тобой. Как бы я ни кривился от того, что она магглорожденная, это прекрасный выбор. Я могу только благословить тебя.
Сын, бери от жизни только самое лучшее! Будь сильным, решительным, добивайся и живи так, чтобы потом не было мучительно больно, что ты что-то упустил или испортил.
На этом всё. Нарциссе я не буду писать. Незачем её лишний раз будоражить. Надеюсь, твоя мать поймёт меня. Передай только, что я её любил. Она моя единственная, любимая, прекрасная женщина. Мой нежный цветок…
Прощай.»
Пергамент падает на пол. А Драко хватается за голову. Мысли хороводом закручиваются в его голове. Об отце, о Грейнджер… О том, как всё-таки несправедлива к нему жизнь…
Сегодняшний день можно официально считать днем прощаний… И ему страшно хочется напиться. Он уверен, что Блейз готовит для него вечеринку-сюрприз. Только вот веселиться Драко отвык. Он выскальзывает из своей комнаты и быстрым шагом направляется к выходу из замка, чтобы броситься в летнее небо и немного проветрить мозги. Решить наконец, как же ему быть и что делать дальше со своей жизнью.
Декабрь подкрадывается совершенно неожиданно. Так и хочется удивленно воскликнуть:
— Скоро же Рождество!
Да и как тут заметить наступление зимы, когда они с Рольфом уже какой месяц бродят по жарким джунглям в поисках брагустинов и радужных сопелок.
Сегодня её общительный спутник необычно молчалив и задумчив. Они сидят на камне, засунув ноги в тёплые ласковые волны Атлантического океана на пляже маленького курортного городка Рота в жаркой Андалусии.
— Рольф, ты уверен, что хочешь в Англию? Там сейчас зима, снег… — спрашивает она.
Снег и он… Он там…
Сердце всё ещё болит от воспоминаний о бывшем парне. Он всё так же снится ей каждую ночь, красивый с уверенной улыбкой, нежно целует и клянётся в любви… Обманщик и предатель!
Она сглатывает комок. Прошло больше полугода, а рана от его удара всё ещё кровит. То письмо, словно острый проклятый нож Беллатрисы, нанесло ей болезненный и незаживающий шрам. И Гермиона не хочет вновь встретится с тем, кого не смогла забыть спустя время, бродя по самым опасным уголками Южной Америки. Стереть его из памяти оказалось не так-то легко.
