— Это не смешно! — возмущённо восклицает она, но Драко не выдерживает, громко фыркает и смеётся.
Гермиона замирает, любуясь его искренними эмоциями. На одной щеке у него появляется ямочка, при виде которой её сердце начинает колотиться быстрее. И она желает почаще видеть Драко таким. Гермиона смущенно улыбается ему, не в силах совладать с магией его беззаботного смеха.
На ужине уже никто не смеет указывать его место, и с этого дня, Драко Малфой ест за гриффиндорским столом, сидя напротив Гермионы Грейнджер.
А по вечерам они каждый день встречаются в библиотеке. Сидят друг напротив друга и увлечённо читают и записывают, и как будто не замечают своего соседства, поддерживая негласное соглашение пока не сообщать миру о своих отношениях. Драко иногда дразнит Гермиону тем случаем с Невиллом — потихоньку щекочет её ногу кончиком ботинка и тихо смеётся. Еле уловимая улыбка мелькает на её лице, пока Грейнджер пытается читать, и иногда стреляет в него шутливо испепеляющим взглядом.
Со стороны они выглядят как бывшие враги, которые в конце концов заключили перемирие. Когда столы в самом дальнем библиотечном отсеке пустеют, он садится рядом, и Гермиона теряет голову от его близости. От его случайных поцелуев в шею или щеку. Или от того, как его длинные пальцы сминают ее юбку и настойчиво пробираются к её трусикам, лаская кожу бёдер горячей ладонью. Она не может и слова произнести, кусает губы, дрожит и закрывает глаза. Но как только он дотрагивается до влажной ткани между её ног, она ахает и вцепляется в его руку:
— Драко, кто-нибудь может услышать… Не надо…
— Здесь никого нет… Я хочу тебя…
— Драко… — она умоляюще моргает.
И он сразу же поднимается со стула, левитирует книги на полки и шумно скидывает пергаменты в сумку:
— Грейнджер, собирайся, или я сделаю это с тобой прямо здесь! Я уже не могу ни о чём думать, ты сегодня слишком вкусно выглядишь…
— Ты это говоришь каждый день… — смеётся она, а он притягивает её к себе, обнимая за талию:
— Потому что ты такая каждый день… — Он медленно и сладко целует её в губы, а от света его сверкающих обожанием глаз Гермиона снова покрывается сумасшедшими мурашками.
Как же я люблю тебя, Драко Малфой!
Они торопятся на выход, поглядывая друг на друга, как голодные. Иногда они идут в её комнаты Старосты, а иногда он уговаривает спуститься к нему.
И каждый такой несовершенный день прекрасен. Их отношения полутаинственные, о которых знают только друзья и подозревают окружающие, устраивают Гермиону. И ей ничего больше не нужно. Она чувствует внутри то, чего ей так давно не хватало.
Спокойствие и счастье.
В субботу Драко встаёт пораньше, чтобы приготовить свой невероятный кофе. А Гермиона нежится в его кровати, разглядывая потрескавшуюся штукатурку на потолке.
Прошло две недели, как они вместе, и ей этого мало. Ей всегда мало Драко Малфоя и всего этого времени вместе с ним. Она блаженно потягивается, обнимает его подушку, вдыхает его запах, слушая, как он гремит чашками за стеной. Лёгкая улыбка играет на губах. Ей хорошо.
Резкий стук в дверь заставляет Гермиону напрячься. Это могут быть либо Блейз, либо Паркинсон. Эти двое обожают нагрянуть неожиданно. Но тут раздаётся голос, которого она не ожидала услышать субботним утром.
— Доброе утро, мистер Малфой, — слышится тихое приветствие директора Макгонагалл. — Нам надо с вами поговорить…
— Э… Да, конечно… Доброе утро! — бормочет Драко неуверенно.
Гермиона срывается с кровати. Натягивает ту самую серую пижамную рубашку, закрывающую её ноги до середины бедра, и осторожно выглядывает в гостиную.
— Доброе, мистер Малфой! — за встревоженной Минервой Макгонагалл в комнату входит высокий черноволосый крепкий мужчина в форме аврора.
— Аврор Дживс! — Малфой встречает их в своём белом халате, он подтягивает пояс, а на его лице еле заметное беспокойство. — Простите, что я в таком виде, не ждал с утра гостей. Что-то случилось? С отцом?
Аврор хмурит густые чёрные брови, изучая его подозрительным взглядом:
— Мистер Малфой, дело в том…
Гермиона видит, как слизеринец напрягается, сглатывает и грубо торопит:
— Дживс, не тяни! Что случилось?!
Тот моргает от такой неожиданной наглости, но продолжает:
— Твой отец сегодня ночью скончался.
В комнате повисает тяжёлая пауза. Драко смотрит на аврора непонимающим взглядом:
— Нет, — его голова самопроизвольно дёргается из стороны в сторону. — Нет. Он же…
Директор подходит к нему ближе, протягивает руку к плечу в попытке успокоить, но её взгляд падает на Гермиону, замершую в дверях спальни.
— Мисс Грейнджер? — она удивленно вскидывает бровь и оглядывает её с ног до головы.
В другой ситуации Гермиона смутилась бы прямого изучающего взгляда директора и постеснялась бы показаться перед ней в одной пижамной рубашке со всклокоченными волосами, но сейчас все её мысли только о Драко и о том, что происходит.
— Как умер? Почему? — Она спешит к нему, а тот оборачивается и нервно смеётся:
