Артем никогда не пасовал перед сложностями. С юности делал все, чтобы «подняться» и достичь успеха. Прошел огонь, воду… а вот «медные трубы» сломили его. Не выдержал этого испытания, потеряв то, что имел без всяких денег — любовь самой важной для себя женщины. И покатился вниз с покоренной вершины. Яна не может простить предательства любимого мужчины. Есть то, чего не прощают… Несмотря на чувство к нему, все еще живущее в сердце, независимо от того, что готова помочь и поддержать, даже если Артем, сейчас больше похожий на сказочное «чудовище», «рычит» и отталкивает ее, признав свою вину. Это не значит, что она готова вернуться, нет… Но, когда идет снег и всюду загораются гирлянды, быть может, получится искупить неискупаемое? Изменить то, что раз поломало обоим жизнь…
— Девушка, мой вам совет, вы бы туда лучше не стучали! — окрик немолодой женщины заставил ее застыть с поднятой рукой.
Яна обернулась, пытаясь понять в полумраке подъездного коридора, кто ей советует. Типичная пожилая «бабулька», из тех, что вечно дежурят на лавочках у домов и сейчас, в эпоху интернета. На ее голове красовался бежевый берет, а вся она куталась в бордовое пальто и выглядела весьма внушительно. Около нее лениво и тяжело переваливалась с лапы на лапу очевидно перекормленная, полусонная псинка.
Собачку как-то сразу стало жалко. Старушка, незнакомая ей, кстати, тоже не отличалась стройностью, но то уже ее выбор, а вот животное определенно страдало из-за «сердобольности» хозяйки.
— Почему? — не поняла прошлого предостережения Яна. — Мне необходимо поговорить…
— Что бы вы там не продавали или не пытались протолкнуть, к этому человеку лучше не соваться. Он ненормальный! — и бабулька, в характерном жесте, покрутила пальцем у виска.
Даже псинка, будто поддерживая хозяйку, решила тявкнуть, послав по коридору эхо.
— Я не продаю ничего, мне поговорить с хозяином квартиры нужно. А звонок не работает…
— Ясное дело! Этот сумасшедший не платил по счетам! Ему отключили электричество еще месяц назад. Устали уговаривать и пытаться договориться. Он же на всех орет матом и чуть ли не кидается с кулаками. А может и бутылкой запустить, — с возмущением подобным поведением, в сердцах сокрушалась женщина. — Господи! До чего докатились-то! А ведь дом у нас приличный! Все такие приятные люди. И тут этот… нет, ну просто безумец, не иначе! Хотя раньше, казалось, нормальным был… В последний год накрыло его. И пить начал сильно. Алкоголь — корень всех бед! — бабулька будто бы призадумалась после этой решительной реплики, в то время как ее собачка меланхолично смотрела в пространство перед собой, более не подавая признаков жизни.
У Яны не было времени на самом деле. Ни на эту участливую соседку, ни на ее собачку, ни на то, чтобы просто торчать здесь, разъедаемой сомнениями, страхами и неуверенностью в том, как отреагирует на ее появление хозяин квартиры. Встреча с ним не была последним пунктом в списке ее дел на сегодня. Так что следовало собрать волю в кулак и все-таки добиться того, чтобы ей открыли.
Конечно, существовала вероятность, что никого нет дома. Он же мог взять и выйти в магазин или еще куда-то? Тогда понятно, почему никто не открывает и даже не любопытствует, что здесь за шум под дверью? И все же, несмотря на ком в горле и дрожащие руки, просто развернуться и уйти Яна не имела права.
— Нет, вы знаете, если подумать, он же теперь одни бутылки и выносит на мусорку. И по ночам все, главное, будто боится, что его увидят. Или людей чурается. Дикий какой-то стал. И прибацанный. А раньше и не подумала бы: пиджак, галстук, рубашки — как с картинки! И на машине такой ездил, у нас все девчонки во дворе с него глаз не спускали. А тут такое, понеслось по кривой…
За ее спиной продолжала сокрушаться бабулька, которой, видимо, было просто любопытно узнать, чем все завершится, вот и не уходила со своей несчастной псинкой.
А Яна… Она перечисляла в уме причины, почему не может сейчас просто развернуться и уйти. В конце концов, ее попросили. И она согласилась. Так что теперь поздно и некрасиво увиливать. В отличие от некоторых, Яна свое слово всегда держит.
Повторив это себе еще раз, она решительно вскинула руку вновь…
Ух ты! На рукаве куртки еще остались несколько снежинок — на улице начался первый в этом году снег. И почему-то вид этих волшебных кристаллов, чудом не растаявших в теплом подъезде, придал ей боевого настроя. Вдохнув поглубже, будто мотивируя себя ароматом любимого парфюма с привкусом обожаемого грейпфрута, Яна решительно постучала в дверь.
Та распахнулась буквально через доли мгновения, рождая смутное подозрение, что хозяин квартиры все же очень интересовался шумом под его жилищем и уже некоторое время следил за происходящим. Иначе не открыл бы настолько быстро. Возможно, прислушиваясь, а быть может, и поглядывая на них в глазок… Или камеру, которая была установлена у него. Хотя… электричества же нет…
Но в данный конкретный момент загадка способа получения информации стала для Яны наименее важной. Потому как прямо в нее вперился тяжелый, яростный взгляд невероятно-светлых, словно ненастоящих, глаз, выражение которых ей нередко не удавалось угадать и приблизительно.
— Какого х*ена надо?! — рявкнул хозяин квартиры таким тоном, что она вздрогнула. — Пошла отсюда, старая ведьма!
Правда, глянул он при этом не на Яну, а на ту самую любопытную и говорливую бабульку за ее спиной. Та даже ойкнула, кажется, вздрогнув всем телом, заставив Яну оглянуться. Взвизгнула и несчастная псинка.
— Тьфу на вас! Безумный дурак! — огрызнулась соседка, едва не перекрестившись, возмущенно фыркнула и, будто застеснявшись своего любопытства, все же пошла вниз по ступеням, потянув за собой и питомца. — Грубиян! Куда мир катится?! — продолжал доноситься ее возмущенный голос.
