В свободное время дежурства переводчики на обоих концах линии взаимно испытывали искусство партнера. Пять дней назад Эрл закатал русским выдержки из правил игры в гольф (кто там смыслит в этих правилах?). К удивлению Эрла, русские довольно быстро расщелкали текст. Теперь («долг платежом красен», — милая у русских пословица, ничего не скажешь) они прислали несколько страничек из сочинений какого-то своего классика. Ну да, Лескова… Хорошо, значение «налячил», вероятно, можно найти у Даля. Найти-то можно, а как перевести адекватно? Чтобы в Москве не померли от смеха? Был же случай, когда какой-то немец перевел «Полтаву» их великого Пушкина и получилось: «Богат и знатен Кочубей. Его поля необозримы были. И много-много конских морд его потребностям служили». Нет, такого удовольствия он им не доставит!
Эрл потянулся к Далю. Но раскрыть словарь ему не пришлось.
Линия ожила.
⠀⠀
⠀⠀
⠀⠀
«Ищите необычное, — думал Бертон. — Что они там, с ума посходили?»
Такого невразумительного приказа он ни разу не получал. «Прочесать квадрат А-3». — «Есть, сэр!» — «Обстрелять объект…» — «Слушаюсь, сэр!» — «Доставить этих парней…» — «Понятно, сэр!»
Ищите необычное…
В сердцах Бертон сплюнул на пол. Вокруг все было самым обычным — лес по сторонам, просека внизу, мачты на ней. Вертолет шел как по линеечке. Имперской гордости римлян — их прямым дорогам было далеко, очень далеко до победной прямизны энерготрасс. Линия рассекала землю, невзирая на реки, топи, горы, словно препятствий не существовало вовсе. Так, впрочем, оно и было, и это давно никого не удивляло.
Как ни удивляли и сами мачты, эти ни на что не похожие металлические гиганты, которыми в считанные десятилетия проросла земля. Для таких, как Бертон, они всегда были — и всегда будут. А как иначе?
Ищите необычное. Что прикажете считать необычным? Эту стаю галок вдали? Ишь провода облепили…
Нет, скорей это вороны. А впрочем, черт их там разберет, этих птиц! Хоть бы их всех потравили, только суются в двигатели, когда не надо. Хоке вот так чуть не гробанулся при взлете…
Нет, таких птиц он положительно никогда не видел. И что бы они такой кучей — тоже. Может, это и есть необычное? Ворона, галка или там попугай, а клюв должен быть. Должен — и точка.
А еще радуга над ними. Переливается струями, будто течет. Забавно! Небо-то чистое…
Бертон представил, как он обо всем этом доложит, и хмыкнул. Страха он не испытывал вовсе.
— Эй, там, на базе! Можно ли считать необычным, если у птиц нет клюва?
— Докладывайте по форме!
— Есть, сэр! На семнадцатой миле обнаружил стаю подозрительных птиц. Облепили провода. Клюва не имеют, сэр! Форма тела неопределенная. Еще радуга над стаей, переливчатая.
Вот тебе, получи ежа в желудок!
Ледяное молчание, само собой. Переваривает, офицер. Давай, давай, полезно.
— Как насчет агрессивности поведения?
«Вот дурак», — подумал Бертон.
— Отсутствует!
— Опишите объект подробней.
Бертон описал.
— Хорошо, разберемся. Продолжайте наблюдение объекта.
Разберется такой, как же… Понасажали идиотов в штаб. Такой девушку поцеловать без циркулярчика не решится. Ладно, все это мура.
Кружа над просекой, Бертон стал размышлять. Тревога, видать, нешуточная, раз их всех подняли и велели искать неизвестно что. Так что лучше отставим смешки. И если эти птицы, которые все-таки никакие не птицы, стали причиной тревоги, а он их первый заметил, то из этого, раскинув умом, можно кое-что извлечь. Рассказ очевидца, снимки…
Снимки!
Камеры вертолета опломбированы. Интересно, сколько все же могут стоить фотографии? Если это сенсация, то дорого. Их либо опубликуют, либо засекретят. Но если пораскинуть мозгами…
⠀⠀
⠀⠀
⠀⠀
Ревя сиреной, машина мчалась по пригородному шоссе, так, что все другие шарахались в сторону, и вой сирены, мелькание поворотов, визг покрышек был самым подходящим аккомпанементом тревожному голосу радио, которое шофер пустил на полную громкость. Если верить диктору, то планета напоминала собой вдруг остановленный на полной скорости экспресс, где все летело и рушилось друг на друга.
Лукаса смутно удивило, что радио все-таки работает, но он тут же сообразил, что есть автономные источники энергии, и следовательно… Что, следовательно?
Лукас не успел додумать мысль, потому что офицер повернул к нему свое внешне бесстрастное лицо.
— Как вы думаете, профессор, это только начало?..
«…Или уже конец?» — Лукас угадал непроизнесенное.
— У меня нет нужной информации, — сухо ответил он.
