Придется спускаться на цокольный этаж. Там душевая точно была, значок характерный с каплями на какой-то двери запомнился мельком…
В этом огромном особняке без топота съемочной бригады сейчас так тихо, что кажется, будто все вымерли. От этого внутри как-то не по себе. Нет, конечно, я понимаю, что снаружи есть пункт охраны и всегда можно обратиться к ним за помощью, если что. Но не делать же это из-за того, что я никак не могу помыться? Они решат, что я совсем сдурела.
Интересно, где сейчас Морозов?
Последний раз видела его беседующим со своим личным врачом насчет необходимости соблюдать качественную витаминную программу плюс хорошо высыпаться. И он мне велел идти обустраиваться в выделенной комнате. Что я незамедлительно и проделала.
Размышляя о его планах на вечер, я наконец останавливаюсь возле заветной «душевой» двери.
Хм, оказывается, тут на значке не только лейка изображена, но и бадейка с паром. Похоже, душ совмещен с сауной!
Тихонько толкаю дверь. Не заперто.
Внутри — комнатка с бело-голубой мраморной плиткой. На стенах — зеркала и крючки с белоснежными махровыми халатами и несколько полок с бутылками шампуней-гелей и флакончиками душистых эфирных масел. Похоже на очень современный предбанник — а значит, я не ошиблась.
Две кабинки с душем — прямо по курсу, а чуть продаль — небольшой бассейн, который при ближайшем рассмотрении оснащен функцией ванны-джакузи…
К моему испугу, она включена и вовсю работает.
Здесь кто-то есть!
Душевая занавеска слабо колышется, как будто кто-то туда только что юркнул.
Не знаю, что удержало меня от немедленного бегства. Наверное, какое-то шестое чувство…
А может, тревожащее зрелище непрерывно крутящегося апельсинового сока в хрустальном кувшине на столике возле джакузи. Ведь обычно жидкость ведет себя так, только если ее хорошенько и активно помешивать.
На всякий случай подхожу к столику, чтобы принюхаться к содержимому кувшина. Сок как сок вроде. Пахнет цитрусовыми, нет никаких противных ноток спиртного.
Успокоившись на этом, делаю шаг к выходу, но в этот момент сбоку из-за стеклянной двери, затянутой изнутри дымкой влажного пара, доносится грохот и звон. И тихие чертыхания, озвученные голосом моего босса.
— Матвей! — тут же обеспокоенно реагирую я. — Это Вероника. Извини, что случайно потревожила, но… ты там в порядке? Матвей!
Вопрос остается без ответа, и мое смущение наконец всерьез вытесняется настоящим беспокойством. Ведь ничего страшного, даже если он там в чем мать родила, если речь идет о здоровье, так? Не время стесняться!
Именно так.
Решительно заглядываю в помещение парной и вздрагиваю от волны ароматного влажного жара в лицо.
Морозов неподвижно сидит на широкой золотистой скамье, уперевшись локтями в колени, словно древняя скульптура мужественного мыслителя. Широкие плечи с буграми мышц поблескивают от испарины. А возле ног валяется разбитый бокал в брызгах сока. Причем самые крупные острые осколки лежат в непосредственной близости от ступней.
Тихо ахаю, заметив это, и Морозов чуть медленнее обычного поднимает голову.
— А… это ты.
— Я услышала шум и зашла проверить на правах твоей компаньонки, извини. Ты нормально себя чувствуешь?
Он слегка шевелится, собираясь встать, и я вскрикиваю:
— Осторожней! Тут везде стекло. Давай уберу…
Все осколки, какие можно было увидеть в этом саунном полумраке, я быстро собираю в какую-то аутентично-деревянную бадейку в стиле ретро. Кажется, Морозов и сам весьма тяготеет ко всему этническому, а не только его отдельные сотрудники.
— Не поранься, смотри, — предостерегает он и с силой трет лицо, потом хлопает себя по щекам. — Случайно разбил, голова закружилась. Я бы помог тебе с осколками, но на мне сейчас ничего нет. А ты девушка скромная.
Я инстинктивно бросаю ошарашенный взгляд на скульптурные очертания его атлетической фигуры в полумраке и вспыхиваю. И как только умудрилась не заметить, что ворвалась в сауну к абсолютно голому мужику?!
Морозов с легкой усмешкой смотрит на меня.
— Полотенчико принесешь?
Не могу выдавить из себя ни звука, поэтому молча киваю и выскакиваю за дверь, как ошпаренная. Вместе с деревянным тазиком и осколками стекла.
Полотенца лежат на полках, рядом с намного более удобными халатами на вешалках. Но меня почему-то так заклинивает на слове «полотенчико», что я даже не задумываюсь о сравнительной целесообразности выбора. Избавившись от тазика, просто хватаю первое попавшееся из общей стопки и передаю на вытянутой руке в дверь парной. При этом старательно смотрю в противоположную сторону.
Уф, сразу стало немного легче!
А то чувствовала я себя последние несколько мгновений как-то… наэлектризованно, что ли. Все волоски на коже будто дыбом встали, и мурашки появились горячие…
Взгляд снова случайно цепляется за кувшин с оранжевым соком на столике. Да что же это такое? Он всë так же продолжает подозрительно колыхаться, как будто на дне работает встроенный микро-миксер!
…или его опять какая-то невидимка взболтала. Привидение белого особняка, блин!
