Мой Новый год с Сашей. Как странно. Я живу и чувствую здесь и сейчас, не думая, что будет утром уже через несколько часов. Я вся в моменте, верю в сказку и хочу, чтобы в рутине утра она не закончилась.
Так ведь может быть?
Когда он все-таки устраивается на боку, обнимая меня, закрывает глаза перед сном, я верю в сказку и утром…
Время чудес, когда никто не спит, когда каждый хочет праздника и ловит счастливые мгновения, заканчивается. Наступает утро, которого я ждала и при этом боялась.
Спала я, наверное, слишком долго, потому что Саши рядом уже нет. Думаю, Ванька проснулся гораздо раньше, и папочке пришлось идти заниматься сыном. Однако он предусмотрительно положил на кресло свой халат, который я могу надеть вместо платья.
Боже, платье. Оно ведь осталось на кухне, как и бенгальские огни, которые мы так и не зажгли. Так увлеклись друг другом, что было некогда. Вообще нас не интересовало ничего, только ночь и поцелуи, а вот утро первого января уже не будет таким простым и понятным.
Если подумать на трезвую голову, насколько это вообще возможно, поступила я странно. Приняла спонтанное предложение поехать к нему, встретила его сына. Да, шутка про снегурочку для папы зашла, но на самом деле, кто я для Саши? Уверена, он и сам не знает ответ.
Было так классно, а теперь сомнения лезут в голову. Что делать дальше? А если я не хочу, чтобы это вот так заканчивалось? А есть ли шанс на будущее, если он — взрослый успешный мужчина, но уже со своим «багажом», опытом семейной жизни, если он — отец-одиночка?
И такая уж я особенная, или все же «снегурочки» появляются в этой квартире регулярно, а Саша соврал, чтобы меня не спугнуть?
Мысли. Их бесконечное количество, и я в них путаюсь. Хочется отключить голову, но сегодня уже не новогодняя ночь, и отбросить все лишнее просто так нельзя.
Поднимаюсь, сбрасывая с себя одеяло, прячусь в огромный пушистый халат и только сейчас замечаю, что платье Саша поместил на вешалку и закрепил на ручке шкафа, чтобы не мялось. Он, конечно, очень собранный и заботливый человек, чем сильно отличается от меня. Я — вечный хаус, и Ян, мой бывший парень, недалеко от меня ушел. Наверное, все-таки кто-то один должен быть эмоционально взрослее и серьезнее. Но в случае со мной это явно буду не я.
Пробираюсь под шумок в ванную, где для меня оставили запакованную зубную щетку. В шоке, что он все так предусмотрел. Чищу зубы, осматриваю круги от растекшейся туши под глазами и осторожно пытаюсь их устранить. Получается с трудом, так как специального средства нет, но уже лучше, чем было. Взбиваю волосы пальцами, умываюсь еще раз холодной водой и твердым шагом выхожу.
На кухне царит какая-то идиллия. При свете гирлянды Саша пьет кофе, закидывая в себя оставшиеся с ночи закуски, а Ванька потягивает сок и смотрит новогоднюю серию «Простоквашино».
Обалдеть, прелесть какая.
— Снегурочка! — радостно заявляет Ваня, когда я сажусь напротив него. Он даже убирает свой сок в сторону и отрывается от мультфильма.
— Доброе утро, — вслед за сыном приветствует меня Саша.
— Доброе.
— Папа, а почему Дед Мороз ушел, а Снегурочка тут?
— Ты же хотел с ней познакомиться, да? Вот, пожалуйста.
Ваня улыбается опять и снова смотрит на меня. Для своего возраста он очень даже разговорчивый, хотя и не болтает без умолку. Слишком мелкий еще. Но все равно, малыш сообразительный, явно многими чертами пошел в отца.
Решаю взять немного эту историю в свои руки.
— Меня зовут Кира, — представляюсь Ване.
— Ки-ра, — по слогам повторяет малыш. — Я — Ваня, — смотрит дружелюбно, но тут же переключает взгляд на большую коробку со сладкими подарками, которая стоит перед ним. Забирается одной рукой внутрь, перебирает конфеты и достает самую большую. А потом… протягивает ее мне.
— Ты даришь мне конфету? — спрашиваю у мальчика.
А тот уверенно кивает.
— Да ты бери, бери, пока не передумал. Этот единоличник не сильно любит делиться. Весь в отца.
Не знаю, на что он там намекает, но забираю конфету из рук Вани под тихое «спасибо».
— Но конфеты только после завтрака, правда, Вано? — Саня обращается к сыну и гладит его по голове. — Ты завтракать же будешь? Поищи сама в холодильнике, что хочешь, я кофе сделаю.
— Разрешаешь хозяйничать на твоей кухне?
— Ну да. Почему бы и нет? Кстати, мы через час с Ваней поедем к бабушке и дедушке, я сначала тебя домой отвезу.
— Если что, я доберусь сама, — отвечаю, уже присматриваясь к обилию еды в холодосе.
— Кир, не начинай. Отвезу и всё. И еще, у меня не было для тебя подарка. Даже Ванька — и тот конфетами поделился. А мне надо исправиться. Может, завтра встретимся? Или когда тебе удобно?
— Не думаю, что ты должен проводить на праздниках больше времени со мной, чем с сыном.
— Вано, пойдем-ка, я тебе в зале мультики включу, — Саня выпроваживает ребенка, занимая его «делами» в другой комнате. Когда он возвращается, я лопаю салат и радуюсь жизни, хотя и предвкушаю с некой опаской предстоящий разговор.
— Приятного.
— Шпашиба, — мне приходится ответить с набитым ртом, и я откладываю тарелку в сторону.
