— Меня удивляет непредсказуемая погода. Поразительные перепады. С трудом верится, что так быстро температура может подняться с нуля чуть ли не до двадцати градусов тепла.
— У природы свои сюрпризы, — констатировала Женевьева, переводя взгляд на Джона. — Как и у каждого человека.
На секунду ему показалось, что в ее глазах мелькнула какая-то загадочная искра. Неужели Боуен играет с ним? Нет, этого не может быть.
— Кстати, завтрак был великолепным. Если бы я знала заранее, что ты умеешь так хорошо готовить… — ее губы раздвинулись в одобрительной улыбке, — я бы приковала тебя к плите, а не к кровати.
— Пытаешься сделать мне комплимент?
— Считай, что так. — Она прижалась к нему и погладила плечо. — И все же кровать для демонстрации твоих талантов подходит куда больше…
— Ты ступаешь на очень тонкий лед. — Мужчина лукаво прищурился.
Она рассмеялась тихим восторженным смехом, от которого потеплело внутри. Потом поднесла пальцы к губам и умолкла. Парочка стояла в полной тишине, восхищаясь чудесным днем. Затем Женевьева произнесла:
— Снег сойдет очень быстро.
— Вряд ли. Обманчивое впечатление. Зима уже у порога. Ее приближение остро чувствуется в воздухе. Пройдет несколько дней, снова повалит снег, и наверняка резко похолодает…
— И мы больше не сможем оставаться здесь, — с тоскою заявила она.
— Нет. — Таггерт повернул девушку к себе. Сейчас будет честнее смотреть ей прямо в глаза. — Послушай…
— Я хочу…
Они одновременно заговорили и тут же замолчали.
— Ты первая. — Он склонил голову набок. — Итак, что скажешь?
— Ладно, приготовься, — она нервно кашлянула. — Я решила освободить тебя от клятвы.
Ему показалось, что он ослышался.
— Не понял…
— Если мы начнем паковать вещи прямо сейчас, то сможем уехать уже днем.
У него ушло несколько секунд, чтобы отлепить язык от неба.
— Ты уверена? Что заставило тебя изменить решение?
— Я много размышляла над твоими мудрыми советами. В общем, убежав, я только осложнила ситуацию, в которой оказался Сет. Без моего присутствия на суде ему не выбраться. А если я вернусь с тобой, то… — Женевьева посмотрела на Таггерта, и он увидел страх в ее глазах.
— Жен, дорогая, о боже. — Он затряс головой, словно стараясь освободиться от всех треволнений. — Конечно, я помогу тебе. Не сомневайся.
Выражение ее лица изменилось, напряженность уступила место нежности. Девушка прижала ладонь к его щеке.
— Ты — потрясающий. — И осторожно продолжила:
— А я, эгоистка, поставила тебя в неудобное положение. — Женевьева пальцем обвела его губы, ее горло судорожно дернулось. — Но отныне я доверяю тебе полностью. Ты — моя судьба.
Он почувствовал радость. Ведь его любит такая замечательная девушка. Джон гордо расправил плечи, вдохнул полной грудью воздух и… тут же испугался самого себя. А вдруг не оправдает ее надежд?
— Женевьева…
— Все будет хорошо, — твердо сказала она, словно прочитав его мысли.
— Я клянусь тебе, что сделаю все возможное и невозможное, дабы убедить суд отнестись к тебе и к твоему брату снисходительнее…
— Верю. Верю. — Она сжала мужскую руку, затем отступила назад. — А теперь пойду укладывать вещи. Главное — не струсить, не передумать.
И она оставила Таггерта на несколько минут одного.
После короткой дискуссии они решили добираться до Колорадо на стареньком пикапе Женевьевы.
Девушка быстро собиралась. Она вовсю суетилась на кухне. Вытряхнула содержимое холодильника в контейнер для мусора, перемыла и убрала в шкаф посуду, оттерла плиту. Затем протянула Джону небольшой лист бумаги с какими-то схемами.
— Вот. Наш предполагаемый маршрут.
Таггерт изучил рисунок, затем спрятал в карман.
— Кстати, а где мой рюкзак? — поинтересовался мужчина. — Ты спрятала его в сарае или под деревом? Не случайно ведь пару раз исчезала, измеряя глубину сугробов. Пробиралась по снегу к своим тайникам, как бывалая разведчица.
Она широко распахнула глаза, изображая невинную овечку.
— А вдруг у тебя в рюкзаке оружие? Вот и спрятала на всякий случай. С глаз долой.
— Правильно. Умница.
— Конечно, я разумная девушка, я…
Таггерт не дал ей договорить, подняв на руки.
— Ты самая лучшая, самая обаятельная, — пробормотал он, прижимаясь лбом к ее лбу. — Ты самая смелая… — Он нашел ее рот и жадно поцеловал раскрасневшуюся от волнения брюнетку, слегка прикусив ей нижнюю губу.
Женевьева почувствовала, как ее тело моментально откликнулось на действия Таггерта. Она вспыхнула, охваченная страстью.
— Джон, остановись, — как-то неуверенно пробормотала девушка.
Он продолжал целовать ее. В щеки, в шею.
— Мы так никогда не уедем отсюда. Никогда.
Таггерт наконец ослабил хватку.
— Да, пожалуй, нужно сходить за рюкзаком.
Она вырвалась из соблазнительного тепла его сильных рук.
— Иди, иди, — приказала со смехом. — Твои вещички в сарае. Я успела их припрятать.
Он пересек комнату и направился к выходу. Девушка отключила холодильник, но, неожиданно вспомнив что-то, побежала за мужчиной.
— Подожди! Подожди!
Таггерт остановился и повернулся.
— В чем дело, дорогая?
