На длинном узком столе, лежали отдельно одежда, оружие, украшения и всякая мелочь, скорее всего найденная в кармане. Снежане даже подходить к вещам не хотелось, но только она могла определить, которая из них представляет опасность именно для неё. В первой стопке, её внимание привлек перстень. Невзрачный, сделанный из серебра с янтарной вставкой. Она даже не попыталась его взять, просто указав на него мужу. Тот тоже не стал рисковать, а осторожно переложил вещь в специальный мешочек. Как только перстень оказался у них в руках, прикованный к стене придворный задергался. Было очевидно, что значение этой вещицы не было для него тайной. Снежана подошла к вещам старика, но в этот раз, ничего не почувствовала. Она хотела уже отступиться, но что-то не давало ей покоя. Она приблизилась к хозяину вещей, и вот тут её накрыло. Появилось, почти непреодолимое желание помочь старику, освободить, защитить. Вот только она не была ослабленной болезнью женщиной. Да и прошлое доверчивости не добавляло. Особенно к незнакомому человеку.
— Вещь на нем.
— Рифат!
Помощник появился сразу, как только он произнес его имя.
— Я приказал, забрать все вещи, почему мой приказ не был исполнен?
— Мой генерал, мы сделали, как вы приказали. Я сам лично проверил, больше ничего на нем не было.
— Позови Михаила и Азама.
Помощник вышел, чтобы через минуту вернуться в сопровождении двух высоких мужчин.
— Михаил, Азам с этого дня вы отвечаете за безопасность вот этой девушки. Никто кроме меня не имеет права к ней приближаться, и тем более требовать открывать лицо. Если с ней что-то случиться во время моего отсутствия ответите головой.
— Будет исполнено.
Алан посмотрел на Снежану и указал на дверь. Обращаться к ней в присутствии посторонних он не хотел. Девушка все поняла правильно, и, сжав тисками воли желание остаться и помочь пленнику, вышла. А потом был крик, душераздирающий и полный боли, который прорвался даже сквозь кляп.
Сначала, из допросной вышел бледный Рифат, а потом и Алан. Увидев, как он убирает в ножны кинжал, и что на его рукаве алеет несколько капель крови, девушка почувствовала желание броситься в камеру, но так и не сделала, ни единого шага.
— Нашли?
— Да, но он уже начал действие, не так-ли?
— Да. Значит надо их уничтожить.
— Мы не собрали все четыре части.
— Но ждать, пока мы их найдем, нельзя. Даже сейчас я чувствую желание на вас наброситься.
— Но почему не бросились?
— Следовать на поводу чужой воле не хочу и не допущу. Кстати, кто этот старик? Слишком уж он был уверен в том, что мы не причиним ему никакого вреда.
— Казначей. Причем занимает эту должность, со времен прадеда королевы. Считается одним из самых влиятельных людей королевства. И разумеется самым богатым.
— В данном случае, то, что вы нашли, можно рассматривать как покушение на жизнь правящего монарха, магическое воздействие на разум королевы и предательство. Думаю плаха, с полной конфискацией имущества будет самым лучшим наказанием. А деньги понадобятся, чтобы привести в порядок всю эту разруху.
— И после воздействие этой вещицы, вы можете говорить о его казни?
— Да! Я по истории родного государства знаю, что таких людей держать рядом нельзя, и оставлять за спиной тоже. Но все же надо поторопиться. Мне не нравится то ощущение, которое я сейчас испытываю. Мы можем занять свободное помещение?
— Может стоить посетить один из залов для вызова?
— Нет. Он обещал, что если мне нужно будет, он придет, даже если я буду находиться в пустыне.
— Хорошо.
Они поднялись на ярус выше, и Алан провел девушку, в дальнюю комнату, оставив охрану и помощника за дверью. Девушка прошла в середину комнаты и позвала:
— Арам.
Некоторое время казалось, ничего не происходит, вот только одна из линий в рисунке на руке стал нагреваться. Прошло несколько минут, и холодные карие глаза встретились с желтыми глазами хищника.
— Звала? Неужели так скоро решила просить о помощи?
— Я позвала не просить о помощи, а предоставить вам возможность исправить то, в чем вы сами виноваты.
— Вот как?
— Разве не вы, или ваши подчиненные сделали эти вещицы?
Алан открыл мешочек, в котором лежал перстень и окровавленная сережка, которую он вытащил из плеча казначея. Тот умудрился его вшить под кожу, благо размеры позволяли.
Насмешливый взгляд Арама резко изменился.
— Как?
— Почувствовала.
— Воздействие есть?
— Да, от сережки.
— И ты до сих пор не убила мужа?
— А должна была?
— Да девочка. Почувствовав, что хозяину вещицы угрожает опасность, ты должна была броситься на того кто в этом виноват. Но как я вижу, он жив и здоров. Или я чего-то не понимаю, и это не вы лорд Дамир извлекли его у прежнего хозяина?
— Я.
— Интересно… А что ты хочешь от меня девочка?
— Вы не отрицаете, что эти вещи работа вашего народа, за которую сейчас именно вы отвечаете?
— Не отрицаю.
— И то, что именно из-за вас они оказались в руках людей тоже?
— Да.
— Тогда будьте так добры, исправьте собственную ошибку и уничтожьте их.
— А если я откажусь?