– Рад, что ты тоже это осознаешь. Не знаю, какие силы собрал Рох’хриш, но сражаться с ним очень сложно. Я поднял старые сказания и понял, что нас ожидают тяжелые времена.
– Я хотел бы ознакомиться с этой документацией, – вздохнул я. – Да и вообще неплохо было бы получить полный доступ к Залу знаний в храме Ауриэля. Честно говоря, я даже не знаю, за что хвататься. Планировал начать с экономического состояния, но теперь неплохо было бы изучить записи, относящиеся к войне. И с Рох’хришем, и относительно недавней, с людьми.
– Хочешь понять, где мы допустили ошибку?
– И это тоже. Но больше хочу изучить противника. И понять, какое оружие нам пригодится. У меня нет сомнений, что некроманта нужно победить любым способом. Но я считаю, что снежные эльфы должны получить от этой победы как можно больше. А это значит, что даже то оружие, которое я уже изобрел, на материке светить не стоит. Хотя бы до тех пор, пока не разберемся, кто есть кто, и с кем следует разговаривать и договариваться. Что, кстати, по этому поводу говорит разведка?
– Что все очень сложно. Рох’хриш уже нанес первый удар, лишив главы самое мощное человеческое королевство, – пояснил Вейс’сел. – Оно рассыпалось на множество мелких.
– Но пока претенденты делили власть, некромант успел накопить силы? – догадался я.
– Да. Но пока неизвестно, насколько. И то, что люди объединились вроде как под предводительством некоего Тарсела, тоже ни о чем не говорит. Сам понимаешь, Леон. Нам нужно знать реальный расклад сил.
– Гадать бесполезно, – согласился я. – Нам остается ждать делегацию Союза. А там… видно будет.
Делегация прибыла рано утром. На мой взгляд – чересчур рано, но винить я в этом мог только собственную пограничную стражу, которая и так задержала корабль, дав нам дополнительное время на подготовку. Все меры предосторожности были приняты, и Айсвериум казался если и не безэльфным, то близко к этому. Встречать представителей Союза пошли только очень избранные граждане, которые помогали поддерживать магический купол, обеспечивающий комфортную температуру для прибывших.
В состав делегации Союза в основном входили люди. Ни дроу, ни орков там не наблюдалось вообще, а гномы и лесные эльфы были представлены только тремя персонажами каждая раса. Причем эти представители явно не горели желанием ни посещать Айсвериум, ни давить на снежных эльфов.
В принципе это понятно. Лесные эльфы и гномы поддерживали с нами хорошие отношения, неплохо на нас зарабатывали и не хотели менять сложившуюся ситуацию к худшему. Да и людей они наверняка не слишком любили. Человеческое племя, наглое и слишком быстро размножающееся, вызывало опасение у всех рас.
К тому же у лесных эльфов присутствовала еще и расовая солидарность, а гномы до сих пор были благодарны мне за скульптуру Старейшин. Я и не ожидал, что она произведет такой эффект и откроет эпоху гномьего паломничества на Южный остров.
Ну и я, конечно, подыграл представителям лояльных к нам рас. Выделил лучшие покои, предоставил самых красивых невольниц и организовал досуг на высшем уровне. Благо с гномами я сталкивался, а советами по лесным эльфам мне помог Терс’сел. Понятно, конечно, что он старался ради своего дома и пытался добиться моей лояльности, но он хотя бы помогал. От остальных и этого нереально было дождаться.
Мое желание заставить Большой Совет работать на благо страны было, безусловно, правильным. Но совершенно фантастичным. Я понял это после буквально первых же заседаний. Представители благородных домов хотели больше благ и меньше ответственности. И исправлять ситуацию придется долго.
В принципе, ничего другого я не ожидал, но думал, что у меня еще будет время. И для того, чтобы разобраться с Советом, и для того, чтобы вникнуть в дела страны. К сожалению, неожиданное явление некроманта народу ломало все мои планы. И теперь придется приспосабливаться к сложившейся ситуации. А нравится она мне или не нравится – никого не волнует.
Подготовка к встрече важных гостей была ужасающей. Особенно для меня. Все то время, когда я возмущался неудобством эльфийской одежды, я был не прав! По сравнению с княжеским церемониальным облачением – это как домашний халат рядом с корсетом. Но встречать гостей требовалось именно в этом отвратительном наряде. Мало мне неудобного кроя, так еще и полагающиеся к образу князя украшения весили, судя по ощущениям, около тонны. Одна только золотая пектораль чего стоила! А ведь к тяжелому наряду прилагался не менее тяжелый ритуал!
Торжественный прием представителей Союза растянулся часа на три. Было много слов ни о чем, выражений взаимного уважения и намеков на сложившееся положение дел. Я прикидывался валенком, напоминал, что я несовершеннолетний и не могу принять решения без одобрения Большого Совета.
