Чтобы вернуться отсюда на станцию I-A-1, ближайшую к Сноуболу, нам потребуется примерно неделя. Причем практически все это время мы проведем в пассажирском купе поезда, следующего по линии E, и это купе нам придется делить с машинистом. Если на протяжении всего пути мы будем ходить в темных очках и хранить молчание, это неизбежно вызовет у машиниста подозрение. Поэтому Ча Хян решила немного
Схватив Мён Сомён за побородок и грубо раскрыв ей рот, она прикрикивает на нее:
– Эй, а ну, закрепи челюсть как следует! А то за столом недолго и зубы выплюнуть!
Мён Сомён поправляет во рту вставную челюсть, и ее губы, намазанные яркой помадой, забавно выдаются вперед. На голове у нее розовый парик с падающей на глаза длинной челкой, так что опознать в ней Хэри просто невозможно.
– Не смогу я надеть линзы! Страшно как-то… – хнычет Син Синэ, держа линзу на указательном пальце. На веках у нее густые темные тени, которые делают ее похожей на панду из зоопарка в Сноуболе.
– Давай я тебе помогу.
У меня на носу накладка, которая увеличивает его сантиметра на два, а еще мешает нормально дышать и раздражает слизистую, отчего нос постоянно чешется.
Пока я дрожащей рукой вставляю линзы в глаза Син Синэ, Мён Сомён продолжает орудовать красной помадой. Она успевает измазать себе пол-лица, когда наконец раздается свисток прибывающего паровоза.
Всей нашей бандой мы высыпаем на морозный перрон, надев защитные маски, и сами не можем удержаться от смеха.
– Ну мы и чудики!
– Син Синэ, ты с такими глазами в маске еще страшней!
От слов Мён Сомён я покатываюсь со смеху. Мы точно не дадим друг другу заскучать в дороге.
– Ну вот и мне представился случай увидеть настоящих людей из Сноубола! – С лучезарной улыбкой машинистка поезда наливает пуэр в бумажный стаканчик, который я держу в руке.
Мы сели на поезд три часа назад, соврав, что проверяли, как соблюдается трудовая дисциплина на электростанции, а теперь возвращаемся в Сноубол. С тех пор машинистка не оставляет нас в покое, пытаясь развлечь всевозможными разговорами. Раз в пять минут дверь ее кабины открывается, и она высовывается спросить, все ли у нас в порядке. Каждый раз она уменьшает звук телевизора в своей кабине, но все же для меня не составляет труда догадаться, что все это время она смотрит сериалы с Ко Хэри по шестидесятому каналу.
Машинистка рассказывает, что, несмотря на то что грузовой склад находится в пределах Сноубола, у нее нет никакой возможности пообщаться с жителями города. Сама она ежегодно проходит кастинги, так как очень хочет стать актрисой и однажды попасть в город под куполом.
– Я нахожусь в рейсе по две недели, и знаете, что мне больше всего нравится в этой работе? Пока еду одна, я могу представлять, будто уже стала актрисой, и разыгрывать различные случаи из жизни, воображая, будто вокруг меня десятки камер.
Она не задает нам личных вопросов, боясь показаться слишком бестактной, но наша компания ей определенно нравится.
– Помните, на прошлое Рождество Ким Чено, став чемпионом, пригласил Ко Хэри на свидание? Я тоже иногда пытаюсь представить себя на ее месте. Что бы я ответила, если бы человек, который только что победил в состязании, перед целым стадионом болельщиков вдруг попросил меня пойти с ним на свидание?
Молитвенно сложив руки, девушка переминается с ноги на ногу, а Син Синэ и Мён Сомён смотрят на меня и едва сдерживают улыбки. В их взгляде читается: «Эй, Чобам, тут, кажется, про тебя заговорили?» В ответ я только закатываю глаза, мол, ну и что тут такого.
– У нее такая дружная семья, и сама красавица, и в жизни не знала забот. Да она и в мешке будет выглядеть как королева, и деньги будут литься к ней рекой… Да где это видано? Разве возможно, чтобы все счастье в жизни доставалось одному человеку?
Тут мы все как одна начинаем ерзать на своих местах и отводим взгляд. Ведь нам так и хочется согласиться: «Вы совершенно правы! Жизнь Ко Хэри – это самая настоящая иллюзия».
– В следующей жизни я во что бы то ни стало хотела бы родиться Ко Хэри!
Не удержавшись, я так и фыркаю в ладошку. Как ни крути, а это забавная ситуация: мы, двойники Хэри, сидим в поезде, который ведет машинистка, чья мечта – жить сказочной жизнью Хэри, и на этом самом поезде мы едем в Сноубол, чтобы разрушить обман, которым окутана жизнь самой популярной в мире актрисы. Интересно, каким же будет конец этого полного ироничных совпадений путешествия.
Открыв дверь огромного грузового отсека, Хван Санна кричит Ча Хян, сидящей на пассажирском месте в кабине:
– Панда и Орлиный Нос на месте!
Нетрудно догадаться, что этими прозвищами она наградила Син Синэ и меня.
В семье Син Синэ на двенадцать человек оказалось всего две пары лыж, и, конечно, она не осмелилась забрать себе одну пару. И поскольку среди нас на лыжах я хожу лучше всех, от железнодорожной станции до грузовика Хван Санны я довезла Син Синэ на санях, привязав их к себе веревкой за пояс.
