Пэ Сэрин перестает бороться со мной и смотрит наверх. По ее лбу блуждает несколько световых точек. Я тоже начинаю вертеть головой и сквозь кровавую пелену замечаю наверху, в студии редакции новостей, снайперов в боевой позиции: они целятся в нас из винтовок.
В башне SNOW TOWER не только находится самая главная телестудия Сноубола, здесь живут и проводят много времени самые богатые жители города. Конечно же, я не настолько наивна, чтобы полагать, будто все, кто ее охраняет, так же любезны и воспитанны, как охранники в лобби на первом этаже, но все же я не ожидала, что на экстренный случай у них в штате окажется пара десятков профессиональных снайперов…
В следующий миг я встречаюсь взглядом с Ким Чено, который смотрит на меня, выглядывая из-за оптического прицела. На нем официальный костюм, надетый по случаю торжественного обеда, и он целится в меня из своей винтовки с гравировкой «Чемпион». Я быстро скольжу взглядом по другим снайперам и узнаю еще одну спортсменку по имени Чон Сахён. Так же как и Ким Чено, она одета в официальный костюм, дуло ее винтовки направлено на меня. Эти снайперы – спортсмены, отмечавшие окончание чемпионата на сто одиннадцатом этаже здания.
Мой взгляд словно магнитом притягивает к Ким Чено. Всмотревшись в мое окровавленное лицо, он узнает во мне свою давнюю подругу Ко Хэри, и в его глазах появляется отчаяние. И я понимаю, что он пришел сюда не по своей воле.
За спинами биатлонистов стоит человек пятнадцать из службы охраны небоскреба. На них черные футболки, поверх которых надеты бронежилеты. В руках у охранников небольшие револьверы. В отличие от биатлонистов, чьих лиц не разглядеть за оптическими прицелами, лица охранников хорошо видно. В их глазах застыли страх и недоумение. Похоже, что сегодня они впервые в жизни стали свидетелями настоящей перестрелки.
– Бросить оружие, руки за голову, лицом на пол! – Из-за звуконепроницаемого стекла громкоговоритель едва слышен. – В случае неповиновения будем стрелять без предупреждения.
Я оглядываюсь на Сомён и Синэ. Мы стремительно переводим взгляд друг на друга, и я чувствую, что мысли у нас одинаковые. Не колеблясь ни секунды, мы бежим к павильону новостной программы. Если наши лица появятся в прямом эфире хотя бы на миг, то план будет выполнен как минимум наполовину.
Бах! Бах!
Дзинь!
Услышав звон пуль, ударяющихся о звуконепроницаемое стекло, Пэ Сэрин закрывает руками уши и, скорчившись, опускается на пол. А наша троица быстро прячется за студийной камерой.
– Еще движение – и мы будем стрелять на поражение!
Из аппаратной слышится отчаянный крик Ча Хян:
– Не двигайтесь!
Мы стоим, прижавшись к камере прямой трансляции, и пытаемся унять дрожь в коленях. Звуконепроницаемое стекло, отделяющее студию новостей от остальных помещений телекомпании, треснуло от пуль, но не пробито насквозь. Но если охранники и биатлонисты начнут стрелять одновременно, боюсь, за сохранность наших жизней нельзя будет поручиться.
– Не делайте глупостей! Сдавайтесь!
Пэ Сэрин, в пятнах моей крови на белом костюме, отчаянно кричит, валяясь на полу:
– Я не с ними! Вы ведь меня знаете! Я – Ко Хэри!
– Ко Хэри, как и остальные, обвиняется в незаконном террористическом захвате студии новостей. Не совершайте резких движений!
Я вспоминаю взгляд диктора Чон.
Пэ Сэрин, с обезумевшими глазами, бешено мотает головой:
– Нет! Нет! Посмотрите на них, они же все на меня похожи! Диктор Чон ошиблась…
Однако едва ли кто-то слышит невнятное бормотание Сэрин сквозь звуконепроницаемое стекло.
Тем временем голос из громкоговорителя обращается с требованием к Мён Сомён:
– Еще раз повторяю: немедленно бросайте оружие и сдавайтесь!
– Вот черт… что же делать?
Показав Сомён взглядом, чтобы подождала еще немного, я медленно поднимаю руки и сцепляю ладони на затылке. Затем так же медленно поворачиваюсь и глазами ищу того, у кого в руках громкоговоритель. Этим человеком оказывается Тир Шваркель. Когда-то он был очень знаменитым актером-полицейским, чьи расследования пользовались большим успехом у зрителей. Как и у прочих охранников, под бронежилетом у него черная футболка, однако он единственный, кто прячет глаза за темными очками. Кажется, он пытается строить из себя крутого парня. В этот миг я вдруг осознаю, что все происходящее прямо сейчас записывается на десятки камер. Ведь нас окружают множество актеров. И нетрудно догадаться, что сегодняшние кадры совсем скоро лягут в основу сюжетов последующих серий их шоу.
И возможно, Шваркель, которого с позором выгнали из полиции за взяточничество, решил, что сегодня ему выпал шанс вновь обрести любовь телезрителей. Его горделивая осанка и напыщенный вид вполне подтверждают мои догадки.
Словно супергерой, спасающий мир, он с пафосом произносит:
