В этот раз все повторилось: Рэм вызвал байк с помощью подключенных спутников, и программа умудрилась найти еще один проход, ведущий в Печь. Значит, есть шанс выбраться наружу, несмотря даже на наличие «пассажира в бессознательном состоянии».
Байк с пассажирами тронулся с места.
Темнота. Но Рэм видел окружающее, визор позволял ориентироваться и в темноте. Нагромождение сталактитов и сталагмитов вокруг напоминали зубы неведомого чудовища. Они сейчас с Марией Петровной в пасти этого чудовища…
Высокие каменные своды, черные провалы под колесами… Их байк перепрыгивал. Узкий коридор. Тут байк замедлил ход, ехал тихо-тихо, осторожно. Затем ускорился, потом – кульбит в воздухе, когда пришлось взлетать по почти отвесной стене, а далее, впереди, уже забрезжил свет. И байк вырвался наружу. Вокруг – простор, нагромождение валунов, журчание ручья. Небо. Снег.
Это был другой выход из Печи, о котором, вероятно, мало кто знал. А может, и никто… Лишь одной программе, подключенной к спутникам алиенов, то ведомо было.
Рэм вел байк к гостиничному домику, в котором они с Вассой поселились.
Рэм невольно вспомнил тот совет, который дал Вассе этим утром… Думать о том, что уже никак не изменить, только душу себе травить.
Невозможно отменить произошедшее. Вторжение инвайдеров на Землю произошло, ничего не исправить – Рэму в одиночку так точно. Поэтому Рэм старался не думать. О том, что Шурик погиб, что привалившаяся к его спине Мария Петровна (или ее теперь Кирой надо называть?) – без сознания, возможно, тоже на грани жизни и смерти. О том, что инвайдеры прорвались через телепорт на Землю.
Еще Рэм старался не думать о том, что все могло пойти иначе.
Этот портал ему надо было разрушить еще вчера. Вчера надо было действовать. Не ждать следующего дня, не надеяться на людскую осторожность. Потому что неизведанное манило к себе иных людей очень сильно… Жажда открытий заставляла многих рваться вперед. Таких, как Шурик.
До поры до времени это свойство человеческого характера – любопытство – шло на пользу цивилизации, и она успешно развивалась. Первооткрыватели раздвигали горизонты, методом проб и ошибок добивались результатов. Но с какого-то момента любопытство начало играть против людей. Все эти эксперименты с опасными веществами, оружием, генетикой, новыми технологиями… Уже в двадцатом веке человечество сильно рисковало, находясь в шаге от гибели. Стало посылать сигналы в космос, призывая «братьев по разуму». А кто обещал людям, что там, в черных безднах Вселенной, их ждут друзья? В космос еще люди одно время повадились летать, привлекая внимание… В случае чего точно не отбились бы от захватчиков. Ну кто по ночам гуляет в подворотнях, надеясь на приятное знакомство?
Вселенная – та же самая подворотня, темная и страшная, не надо делать из космоса кумира.
Если бы Рэм вчера расколошматил портал, сделал бы невозможным его восстановление, то сегодня не случилось бы никакого нашествия инвайдеров. И Мария Петровна не пострадала бы. Шурик тоже остался бы жив. И никто бы из алиенов не узнал бы координаты Рэма и Вассы. Теперь же, когда Рэм был вынужден подключиться к спутникам, алиены легко могли вычислить беглецов.
Рэм мог предотвратить все эти напасти. Но если посмотреть на все это иначе, то… Разве можно рассчитать заранее каждый шаг? Человек, то есть алиен, не бог, во власти которого судьба мира. Не надо брать на себя такую ответственность, это гордыня, получается. Судьба – это всегда цепь случайностей, неизвестно, куда они выведут. У происходящего всегда две стороны, этой мыслью можно тоже немного утешиться. Но. Но… Что может быть положительного в нападении инвайдеров на Землю?
Хотя крошечный плюс в произошедшем все же можно было найти. Теперь начальству не до Рэма с Вассой, это абсолютно точно. Нашествие инвайдеров – вот что сейчас должно по-настоящему беспокоить алиенов. Потому что присутствие инвайдеров на Земле никому не принесет пользы: ни людям, ни алиенам.
Рэм переключил байк в режим снегохода. Байк теперь мчался по полю, по белым волнам сугробов, а справа над землей сквозь хлопья снега мелькали темные тени. Сплошным потоком, лишь иногда случались словно зазоры, потом опять поток. Чуть дальше было видно, как этот поток разделяется на части, дробится. Это значило, что инвайдеры разлетаются по всему миру.
Рэм остановил байк у входа в дом. На крыльце под навесом стояла Васса и вглядывалась вдаль с выражением ужаса и недоумения.
– Рэм… Рэм, что там происходит? – Она сбежала с крыльца ему навстречу и заметила за спиной Рэма Марию Петровну. – Ой…
– Держи ее, чтобы не упала. – Рэм поднял защитный экран на шлеме. – Я сейчас отстегну ее.
– Она без сознания?!
– Да.
– У нее на затылке кровь!
– Держи-держи… – Рэм слез с байка, взял Марию Петровну на руки, понес к крыльцу. Васса – за ним.
В доме Рэм положил Марию Петровну на постель. Повернул женщину на бок, осмотрел рану на ее голове:
– Это ссадина, кости черепа вроде не повреждены.
