Одно можно было сказать наверняка. За лето семья де Лейеров, участвуя в выставках каждую неделю, научилась работать, как налаженный механизм, – все рутинные действия были отточены много раз. Прибыв в «Пайпинг Рок», они не тратили времени на обзор окрестностей, поскольку уже привыкли к подобным клубам и подобной публике. Дети Йоханны всегда были одеты с иголочки, но, прибыв на выставку, переодевались в комбинезоны и деревянные башмаки. Всех, даже детей, ждала работа. Гарри обустраивал конюшню, дети таскали ведра и щетки. Гарри наполнял стойла свежим сеном. С помощью Джо «Поляка» и Джима Траутвелла он обустроил амуничную. Скоро конюшни «Голландии» стали чистыми и аккуратными. Хотя у них не было роскошных драпировок, как у других, впечатляющая коллекция лент Снежка, прикрепленная рядом с его стойлом, определенно оживляла обстановку.
Большой зеленый грузовик, в котором перевозили Снежка, был довольно удобным, но не мог сравниться со специальным самолетом, в котором всего несколько дней назад вернулись из Европы лошади Элео. В 1958 году трансатлантическая перевозка лошадей была еще в новинку. В Европу летом перелетели менее двадцати лошадей. Специальные транспортные самолеты, такие как самолеты фирмы «Сиборд энд Грей», перевозили их по воздуху в турбовинтовых «Локхидах», оборудованных специальными конюшнями. Перелет занимал восемнадцать часов, потому что самолеты приходилось дозаправлять. Это были одни из самых избалованных лошадей в мире.
Ксар д’Эспри, конь Элео Сирс, был серым, как и Снежок, но это оставалось единственным сходством между двумя меринами: Ксар д’Эспри был гибким и изящным, с благородной мордой чистокровной верховой лошади. Выведенный в Соединенных Штатах, а потом переправленный в Канаду, этот конь являлся ветераном нескольких европейских соревнований и бывшим чемпионом Национальной выставки. Штайнкраус был грациозным и осторожным наездником, а кроме того, еще и бизнесменом на Уолл-стрит, и концертным скрипачом. Люди любили его за стиль, который он демонстрировал как верхом на лошади, так и спустившись с нее. Позже в этом году о нем выйдет статья в «Спортс иллюстрейтед», озаглавленная «Мыслитель на лошади». Лет ему было примерно столько же, сколько и Гарри, но Штайнкраус уже успел поучаствовать в Олимпийских играх 1952 и 1956 годов. Из всех участников соревнований он больше всего соответствовал платоновской идее мыслителя-атлета. В удачный день Билл Штайнкраус и Ксар д’Эспри были непобедимы. Гарри лишь оставалось надеяться, что день у них выпадет неудачный.
Другой мерин мисс Сирс, Диамант, производил еще большее впечатление. Диамант был выведен в Германии и куплен у Фрица Тидеманна, одного из ведущих немецких наездников. Лошадь к тому времени уже стала чемпионом в Европе, так что мисс Сирс купила ее за «неназванную сумму», по слухам, около тридцати тысяч долларов. Летом Диамант отлично выступил в Европе в составе американской олимпийской команды. Пресса оживленно обсуждала «импортную лошадь из Германии», и в «Пайпинг Рок» она прибыла в качестве фаворита. В любом случае предполагалось, что главная борьба развернется между двумя молодыми олимпийцами верхом на двух лучших лошадях Америки. Все остальные участвовали в соревновании на свой страх и риск.
Снежок казался интересным явлением летом, но сейчас начинался осенний сезон, и здесь собрались люди, относящиеся к спорту серьезно. Конечно, серый выигрывал чемпионаты, но против кого? Он искупался в лучах славы, а теперь зрительский интерес вернулся к молодым людям из олимпийской команды.
Но Гарри де Лейера нелегко было напугать претенциозностью, так что он об этом не задумывался. Когда речь заходила о верховой езде, никакой лоск не мог заменить навыков. Гарри не раздумывал о соревновании, ведь репутация – понятие относительное. Гарри помнил, как ему оказали честь, доверив нести флаг, и как он чувствовал себя на параде под взглядами толпы на своей кобыле Петре в Амстердаме, когда война была окончена. Толпа на трибунах сходила с ума от восторга, и все взгляды были направлены на него. В тот день он был значимым, уважаемым, важным.
Но были и другие дни – дни, проведенные на табачной ферме в попытках угодить боссу-алкоголику, бессильно наблюдая за тем, как табачные ростки чахнут и сохнут. В эти дни он, потевший в своем комбинезоне, был угрюм. Он вел тележку с молоком по грунтовой дороге, и никто не обращал на него внимания. Но Гарри оставался тем же самым человеком в обоих случаях. Важно было не окружение, не его внешний вид, не мнение окружающих. Важна была лишь вера в себя. Так что он не обращал внимания на замкнутый мир снобов из «Пайпинг Рок».
