Вот все-таки зря Вадик сам ей не позвонил! Для него слова «ключевой клиент» перевешивали уголовный кодекс со всеми поправками и комментариями. Небось, взял бы молча, только загнул цену за бережное хранение. И почему Роме не дано вести себя точно так же?
— Конечно, что вы, — отмахнулась Юна с улыбкой. — У меня же папа депутат.
И именно это Рому пугало больше всего. Фантазия человека, чьи родители бдительно следят за последними политическими новостями, заработала на всю катушку. Ценные бумаги? Государственная тайна? А что будет дальше? В студию заявятся шпионы? Грабители? А Рому с Вадиком потом поставят на счетчик?
— Вам что, жарко? — Юна сочувственно посмотрела на Ромину рубашку. Он опустил взгляд и обнаружил, что безбожно потеет.
— А… Да кондиционер барахлит.
— Так мы же вроде на улице?.. — растерялась девушка.
— Вам надо поднять чемодан или нет? — раздраженно перебил Рома и повернулся так, чтобы она не видела позорных темных пятен на рубашке.
Взялся за ручку и выдернул чемодан из багажника. Тяжелее, чем он предполагал. Нет, вряд ли, конечно, труп, если только ребенка… О, Господи, вот за что ему такие испытания?
— Это как-то связано со свадьбой? — спросил Рома, подтягивая багаж на крыльцо.
— Ну… Можно сказать и так.
Вообще-то ответ Рому не устроил. В смысле, нисколько. Но расспрашивать дальше было бы не вежливо, и Кулешов утешился хотя бы тем, что трупы и ценные бумаги на свадьбах не нужны. И хотел бы он подумать то же о наркотиках, но ведь ни разу не был на депутатских банкетах.
Добравшись до третьего пролета, Рома подумал, что если на что и тратиться, так это на студию в здании с лифтом. Или — первый этаж. Да, так еще лучше. И как, интересно, изо дня в день ходит на работу бухгалтерша из агентства недвижимости?
Разгадка не заставила себя ждать: Людмила Викторовна бодро протрусила мимо, сжимая палки для скандинавской ходьбы.
— Доброе утро! — весело поздоровалась дама, которую теперь язык не поворачивался назвать пожилой. Потом вдруг остановилась и спустилась на пару ступенек. — Роман, если будет настроение — заглядывайте сегодня в обеденный перерыв. У меня юбилей. Так, скромный междусобойчик. И девушку свою берите.
Рома покосился на Юну, но решил, что сейчас не то место и время, чтобы объяснять бухгалтерше все тонкости.
— С удовольствием, — вежливо выдавил он.
Людмила Викторовна хитро подмигнула и хотела уже идти дальше, но безуспешно дернулась вперед и обернулась: одна из палок застряла между перилами.
**********
— Стойте-стойте, не торопитесь, — Рома наклонился, чтобы помочь. — Отпустите на минутку… Готово! — он высвободил палку, выпрямился с довольным видом, и лишь когда за спиной раздался грохот, вспомнил, что обе руки не заняты.
Чемодан! Он совершенно забыл про чемодан! Только бы внутри были не боеприпасы!
— Рома!.. — простонала Юна, безуспешно догоняя прыгучий багаж. — Ему же лет сто…
Как и Людмила Викторовна, чемодан проявил невиданную для своего возраста прыткость: кубарем скатился на целый пролет, отскочил о противоположную стену, финальным аккордом рухнул на бетонный пол и распахнулся.
Нет, это были не боеприпасы. То есть, чисто теоретически, если бы содержимым Юниного чемодана кто-нибудь решил закидать врагов, то это бы их сильно деморализовало.
Такой концентрации фаллосов Рома не видел даже в мужской бане. А все потому, что откосил в свое время от армии. Отслужил бы, как все нормальные люди, и подготовил бы себя к этому моменту. Тогда бы уж точно не стоял, глупо пялясь на членопад, а отмахнулся бы с бравым видом, изрек какую-нибудь житейскую солдатскую мудрость и пошел дальше по своим делам.
Но нет, вместо этого Рома залип, как китайский турист перед Спасской башней. Ассоциации отчего-то тянули в детство, когда на пике популярности были разноцветные игрушечные пружинки. Рома часами мог развлекаться, спуская такую по лестнице. Пружинка шагала по ступенькам, иногда доходила до предпоследней, и тогда Рома начинал все сначала. Вот и теперь, наблюдая, как упруго скачет вниз один из экспонатов Юниной коллекции, Кулешов с трудом поборол желание проверить опытным путем, побьет ли эта резиновая штуковина рекорд его пружинки. А расцветки? Какие, оказываются, бывают расцветки! Глянцевые, перламутровые, неоновые, с блестками… Даже один светящийся. Очевидно, на случай, если хозяйка совсем запутается в темноте.
Юна казалась Роме девушкой скромной. И вот такого скелета в чемодане он от нее ну никак не ожидал. Это ж какие у нее, должно быть, потребности? Вон та, огромная черная дубинка, от которой даже у ДПСника с жезлом могут развиться комплексы! Разве такое вообще может поместиться в человеке? На долю мгновения Роме стало жалко Юниного жениха. Если у девушки такие запросы, неудивительно, что Игорь страдает от патологической ревности. Интересно, он вообще в курсе, какие сюрпризы скрывает его будущая женушка? Или это он сам попросил ее избавиться от следов бурной юности?
