— Да ладно! И что, хорошо платит?
— Я не обговаривал еще. Как-то… Не знаю, по-моему, она стебется.
— Зачем ей?
— Ну… — Рома зажал коленями коробку от пиццы, чтобы получше утрамбовать. — Такие, как она, свадебных фотографов на дороге не подбирают.
— Что, сильно мажорная?
— «Инфинити Кью-Икс-семьдесят». Сам-то как думаешь?
Вадик присвистнул.
— Мало ли, какие у нее загоны! Надо брать и заламывать по максимуму. Внесём за аренду, новый экран… А потом ещё подружек своих подгонит.
— Так-то оно так, но…
— А с чего она вообще предложила? Типа чтобы извиниться?
— Фотки Макса увидела.
— О-о-о… — протянул Вадик и двусмысленно гоготнул. — Тогда ясно. Может, думает, что он тут будет в труселях свет настраивать… А что? За отдельную плату можно устроить.
— Хорош! — Рома швырнул пакет с мусором в угол. — Все равно она передумает.
— С фига ли?
— Я… — Рома ковырнул заусенец. — Короче, я назвал ее коровой.
— Да брось, она же понимает, что это про ее вождение!
— Как тебе сказать… Там вполне можно было принять на свой счёт…
— Толстая, что ли?
— Ну, не так, чтобы…
— Ясно.
— Что тебе ясно?
— Долбонавт ты редкостный, вот что! — Вадик обречённо помотал головой.
— Можно подумать, ты у нас прям джентльмен! — не выдержал Рома. — Посмотрел бы я на твои манеры, если бы она при тебе раздавила объектив! Ты б ещё и обматерил сверху!
— Если бы на «Жигулях» раздавила — да, — Вадик пнул стол и отъехал на кресле в сторону. — А так надо было грамотней делать! Сказал бы, что она и тушку фотика раскокала! И стряс минимум двести штук. Лошпед несчастный.
— Так у меня тушка в рюкзаке была…
Вадик с видом глубочайшего презрения скривился и провел по лицу пятерней.
— Ладно, — вздохнул он, наконец. — Главное теперь обстряпать свадьбу. Упустишь такую клиентку — пожалею, что взял тебя партнёром в дело.
Это ещё кто кого взял, интересно знать? Рома сдёрнул с шеи дебильный педерастичный шарф. Куприянов — молодец, сидит тут, жрет и знай себе раздает советы. «Этот плащ — последний тренд. Ты должен показать, что разбираешься в фэшн-индустрии». «Веди себя с клиентом так, как будто у тебя полгода вперед расписаны». «Надо было сказать, что она фотоаппарат раскокала»… Хренов гуру!
********
Нет, конечно, Вадик внес в студию свою лепту. Если бы не шило в нижних полушариях и наполеоновские амбиции в верхних, никакого бизнеса бы не случилось. Рома шел на курсы фотографов за мечтой, за творчеством. Пассивно грезил о выставках, книгах, мировом признании… Рома вообще был из тех людей, кому достаточно перед сном нарисовать в воображении сладкую картину светлого будущего, а потом повернуться на бок и захрапеть. Как и многие талантливые люди, он отчаянно нуждался в крепком пинке и деловой смекалке. И если бы Вадик не удерживал друга в суровой рыночной реальности, как веревочка от воздушного шарика, Рома так бы и витал в тонких материях, фотографируя московские крыши, тени на асфальте и игру света в стакане с водой.
Рома родился в столице, вырос в тихой интеллигентской семье, где весь коридор с пола до потолка уставлен книгами, где пылится давно расстроенное пианино из бабушкиной молодости, а дырки и сальные пятна на обоях прикрыты мамиными пейзажами. И когда твой отец, профессор на кафедре высшей математики, зарабатывает на хлеб, готовя избалованных и бестолковых подростков к ЕГЭ, а главные домашние оскорбления — «конъюнктурщик» и «мещанин», волей-неволей вырастаешь одухотворенным, но абсолютно не приспособленным к конкуренции. Особого стимула отвоевывать место под солнцем у Ромы никогда не было. Ну, то есть он понимал, что хорошо бы, конечно, уже начать проявлять себя, и неплохо бы открыть свое дело, но все это оставалось в планах. Потому что Рома всегда знал: что бы ни случилось, он придет домой, в Потаповский переулок, где найдется горячая еда, теплая, хоть и скрипучая, постель, и побираться на вокзале ему не грозит. И без дополнительного толчка так бы и остался диванным мечтателем.
Тем самым необходимым толчком оказался Вадим. Рома встретил его на курсах фотографии и поначалу просто не обратил внимания на среднестатистического паренька из глубинки. Но Вадик обладал уникальной способностью адаптироваться к любой ситуации, как таракан, и становился своим в доску в любой компании. Не прошло и месяца, как он начал одеваться, как хипстер, выбрил виски и обзавелся модным хвостиком. От искусства ради искусства Вадик был далек, зато отлично понимал, где, на чем и когда именно можно подзаработать. Если видел добычу — вгрызался зубами в ляжку и висел, пока не добивался своего. Он приехал из Воронежа, потому что в один прекрасный день сходил на свадьбу друга. Узнал, сколько заплатили модному фотографу из Москвы, и решил, что с этих самых пор такая хлебная нива, как щелканье затвором за бабки, ни за что не обойдется без Вадима Куприянова.
