Тёмный, небольшой коридор. Арасси в нём внезапно оборачивается, приставляет палец к губам и подмигивает; далее она старается идти бесшумно, и двери, что впереди, начала отворять крайне медленно и осторожно. Миланэ с непониманием наблюдает за сими действиями, но невольно сама начала ступать осторожнее.
За дверцей оказалась небольшая, светлая комната — по всему, кабинет владельца. Интерьер пестрел самыми различными вещами; в помещении вовсю царил явственный бардак, который безуспешно пытался прикинуться порядком. Прямо на полу в нестройные стопки собраны книги, какие-то свитки, обрезки бумаги. Что говорить о полках и шкафах — они доверху заставлены множеством подобных вещей. А за столиком, на удивление свободным от хлама, боком к гостьям сидел, собственно, самец и хозяин. Меньше всего он был похож на книготорговца: высокий, полноватый, с хорошо ухоженной, гладкой рыжей гривой.
— Арасси? — удивлённо и радостно привстал он.
— Милани, вот из-за тебя нас поймали! — закатила глаза Арасси.
Он ринулся к ней, но вдруг обратил внимание на Миланэ, которая тем временем осторожно осматривала интерьер.
— Обнимай-обнимай, — переливчато засмеялась Арасси, подходя, — ей смотреть можно. Это — моя лучшая подруга.
Лев усадил её на кресло, на котором ранее сиживал.
— Какими судьбами? — удивлённо спросил, садясь на стол. — Ты же говорила после того… этого… что до Приятия и вздумать не придёшь. Ой, то бишь придти не вздумаешь.
— Не рад меня видеть, да, прохвост? — сверкнула смехом Арасси, взметнула хвостом и повела бровью.
— Да ты что, я…
— Садись, дурашка, садись, — по-свойски указала она на стул, что покоился в пыльном углу, — я дразнюсь. У нас есть небольшое дельце.
Миланэ тем временем нарочито внимательно изучала стеллажи, храня спокойствие и сдержанность.
— О, внимательно слушаю, — Морниан смотрел то на Арасси, то на Миланэ. — Чем могу?
— Мы к тебе за книжкой для моей подруги. Ой, Ваал, я вас не познакомила. Это — Ваалу-Миланэ-Белсарра. Милани — это Морниан, или просто Морни, славный лёва и неплохой… эм… книготорговец, — так сказала Арасси.
«Перестань уж дурачиться», — незаметно вздохнула Миланэ.
— Я искренне рада нашему доброму знакомству, Морниан, — молвила дочь Андарии обычные слова вежливости, свершив неглубокий книксен.
Но тот оказался прытким и скорым на ум; подскочив, он поцеловал её левую руку:
— Ваалу-Миланэ! Все жемчужины мира меркнут по сравнению с сиянием изящества львицы.
Миланэ одарила его небольшой улыбкой и уселась на мгновенно предложенный им стул, тот самый, на который ранее указывала Арасси. Морниан отошёл от них, встал возле входа и опёрся локтем о книжный шкаф.
— Миланэ пахнет сладко, как мёд. Я ощутил, когда целовал эту безупречную руку, — со странной мечтательностью и смелостью сказал он.
Было необычно, приятно, Миланэ одарила его скромной улыбкой.
— Даже слаще меня? — вздохнула Арасси и снова взметнула хвостом.
— Ты любишь ставить в неловкое положение… Я боюсь отвечать!
— Лев не должен быть трусом! — сощурив глаза, хищно молвила Арасси.
— Лев много чего должен. Но все мы имеем свои слабости. После такого вступления, могу ли предполагать, что вам нужна такая же игривая литература, как и ваше настроение? — затарабанил он когтями по дереву.
— А вот тут ухожу в тень, — отмахнулась Арасси и поглядела в окно. — Здесь с тобою будет говорить Милани.
Вдруг захотелось, чтобы книга была у него. Чтобы вот так сразу было то, что хочется. Не может такая значимая и важная книга существовать без перепечаток и копий; уж если запретили, значит, есть что запрещать — значит, должны ходить недозволенные копии, а иначе толку-то цензурировать книгу, которую никто не читает? Надзор Веры на пустые глупости не имеет времени, никому не нужные книжки на рассмотрение брать не станет.
«Будь неладен этот Регулат, а с ним — Палата, а в ней — Надзор. Поввосседали друг на дружке, позапрещали всё подряд, а сестринство послушно закивало головками, мол, доброе дело делаете, добрые Сунги, вероборчество запрещаете, добрые Сунги».
Вдруг как пчела ужалила.
«Ваал ты мой, глупа я, как крот. Да ведь именно сестринство Сидны составляло комментарии! Значит, должны в Сидне быть те, кто хорошо знаком с текстом. Значит, есть сёстры, у которых можно расспросить о Малиэль и самом “Снохождении”. Должен быть образчик текста в самой Сидне, ведь комментарии без самой книги создать невозможно! Что же ты сразу не выяснила, кто их укладывал? Расспросила бы всё, гляди, и многое бы стало ясным. Но самое главное — в Сидне должен быть образчик, копия текста!».
Пока раздумывала, Арасси и Морниан вопросительно смотрели на неё.
— Сир Морниан, — крайне медленно начала Миланэ, — мне нужна книга, которая называется «Снохождение», написала её Малиэль из рода Млиссари.
— Не знаю, не знаю… Хм, а это какой род литературы?
— Цензурой она определена, как вероборческая. Первая группа, если сиру это о чём либо говорит.
Он почесал гриву; видимо, это мало о чём говорило.
— Отречённое чтение? — спросил, посмотрев на Арасси
Она быстро переводила взгляд то на него, то на Миланэ.
