Две недели Сашиной командировки пронеслись, как в тумане. Он весь день загружал себя работой, а всю ночь пытался выкинуть из головы Лену. Девушка тоже решила топить своё горе в работе. Она приходила на час раньше и уходила одной из последних. От части это было для того, чтоб меньше видеть родителей, на которых она была ещё зла. С ними она перекидывалась несколькими фразами по утрам и перед сном, но чем дальше проходило время, тем сильнее она оттаивала.
По приезду Саша забежал на работу лишь на пару часов, чтоб отчитаться перед шефом, а затем написал заявление на отпуска. Директор о сложившейся ситуации был в курсе от Игоря Сергеевича, поэтому препятствовать не стал. А Саша просто не мог пока видеть Лену и вести себя рядом с ней спокойно. Девушка же, узнав о том, что мужчина приезжал на работу и отправился в отпуск, обиделась. Всё это время она его ждала. Хотела поговорить или хотя бы увидеть. А он вот так. Сбежал.
– Значит нужно забыть. – сказала она сама себе.
Так подкрался и конец августа. Днём солнце всё так же жгло землю, но ночи становились всё прохладнее. Саша за это время стал чаще встречаться с дочерью. Съездил на три дня на Волгу порыбачить. Помог родителям с ремонтом в новом доме. Боль в душе с каждым прожитым днём стала притупляться. Он стал привыкать, что больше не видит и не слышит девушку. По вечерам ходил в клубы, но возвращался от туда один.
Как то он со своим старым приятелем отправился на чью-то вечеринку в честь чьего-то дня рождения. Потом он этот факт вспомнить не мог. Да и всё равно было, лишь бы развеяться. Там было полно дамочек 'под стать ему', как сказал Игорь Сергеевич. Много выпивки и много женщин. Для начала Саша напал на первое. Но мимо красивого парня нельзя пройти не обернувшись. Вот и там его заметили многие. Саша выбрал Себе красивую стройную брюнетку невысокого роста. Она мило улыбалась парню и льнула к нему всем телом.
– Как тебя зовут? – в который раз спрашивал изрядно выпивший парень.
– Аня. Меня зовут Аня.
– А меня Саша.
– Я знаю. Пойдём, здесь очень шумно.
– Конечно, Лен, пойдём.
– Аня.
– Да, Аня.
Они забрели в отдельную спальню.
– Ленка, я так скучал. – он стал целовать женщину.
– Я Аня, но целуешься ты классно.
– Да, да.
Он стал раздевать, целуя, женщину и называть её Леной, изредка исправляясь на её замечания. Когда она уже лежала обнажённая по среди кровати, то услышала, что её странный полуголый любовник вдруг остановился на её груди и ровно задышал.
– Вот облом. А какой был мужчина.
Она скатила с себя спящего Сашу и, одев нижнее бельё, улеглась рядом и тоже уснула.
На утро Саша еле разлепил глаза. Перед ним на него смотрело ухмыляющееся лицо женщины.
– Доброе утро, Аня. – прохрипел он.
– О, уже не Лена. И тебе доброе.
– Вчера что-то было? Прости, я не очень хорошо помню.
– Ну, кроме того, что ты меня весь вечер величал Леной и уснул у меня на груди, то…пожалуй, больше ничего.
– Прости.
– Да ладно, не извиняйся. Я верю, что ты не импотент. Просто любовь к другой ещё бурлит в крови.
После того случая он стал ещё меньше уделять внимание женщинам, понимая, что пока что в каждой из них ищет ту единственную, которую он любит. Родители, у которых всё чаще стал оставаться с ночёвкой парень, очень переживали. Да, они были рады, что сын стал уделять им максимум своего внимания, но то, что он почти полностью отстранился от личной жизни их тревожило.
– Саш, может возьмёшь сестру и съездите куда-нибудь развеяться. В клуб или бар. – говорила Сашина мама Вера Васильевна.
– Мам, какой клуб? Я так соскучился за твоими домашними котлетками, а ты меня гонишь. – отвечал, обнимая низенькую пухлую женщину, Саша.
– Жениться тебе, сынок, надо.
– Мам, да мне и так не плохо. – со смехом в голосе и грустью в глазах отвечал он.
– А София рассказывала, что у тебя девочка хорошая появилась. – Вера Васильевна с надеждой посмотрела на сына.
– Как появилась так и пропала. – пробурчал, отстранившись, парень.
– А что случилось?
– Ничего. Не сошлись. Мам, давай не будем об этом. Когда уже ужинать будем?
– Через двадцать минут. Но может поделишься с матерью?
– Вера, отстань от него. Раз сказал, что не хочет об этом говорить, значит не трогай его. – раздался голос вошедшего Виктора Николаевича, отца Саши.
