Между тем взгляд Блейка прожигал затылок. Несмотря на то что с сегодняшнего утра мы не обменялись ни словом, я невероятно ясно ощущала его присутствие. Мне стоило огромных усилий не оглядываться украдкой через плечо, и я очень обрадовалась, когда мы наконец добрались до ресторана.
Отцу даже не пришлось говорить, что мы забронировали столик – сотрудники сразу же нас узнали и проводили к нашему постоянному месту.
В гардеробе я взяла у Эзры его куртку и повесила на плечики.
– Спасибо, – буркнул тот и направился к столу, где с угрюмым выражением лица уселся на боковой диван.
– Только посмотри, как наши детки мило ведут себя друг с другом, – заметила мама. В ее голосе послышалась гордость, и я удивленно взглянула на нее.
– Они так выросли, – согласился папа.
Я демонстративно подняла повыше куртку:
– Вы называете меня взрослой из-за того, что я вешаю его куртку? Серьезно?
– Я безумно тобой горжусь, Блинчик, – просто ответил отец и ущипнул меня за щеку.
– И ты замечательно выглядишь, – добавила мама и, сияя от счастья, дотронулась до моего синего платья с бархатной отделкой по подолу и вырезу.
– Спасибо, мам, – просипела я. В груди появилось давящее ощущение. То же самое, что возникало у меня во время телефонного разговора с папой. То же самое, что раньше преследовало меня при любой мысли о наших выходных в Сиэтле. Ничего не поменялось. Какой бы прекрасной ни была прошлая ночь.
Я отогнала подальше мрачные мысли и вместо этого сосредоточилась на настоящем. Если уже сейчас начну задумываться о том, что скрыла от мамы с папой, то просто этого не переживу. Надо оставаться сильной и придерживаться версии, которую мы заготовили вместе с Эзрой и Блейком. Мы и словом не обмолвимся, что я живу у них, а не в Калифорнии.
Сделав глубокий вдох, я повесила свою куртку.
Внезапно я почувствовала, что прямо за мной кто-то стоит. И инстинкты подсказывали, кто именно.
Блейк.
Его длинная рука коснулась моих плеч, когда он повесил вешалку в гардероб, а дыхание пощекотало ухо.
– Знаешь, а она права, – шепнул он. – Ты чудесно выглядишь.
Убирая руку, он задел впадинку между моим плечом и шеей, и я вдруг разучилась дышать. Все вокруг начало вращаться. Мне очень хотелось прислониться к нему, но прежде чем я успела что-то сделать, Блейк уже развернулся и пошел к столу. С горящими щеками я разгладила платье и тоже повернулась.
Мама сидела во главе стола. Папа занял место справа от нее, а Линда – слева. Рядом с ней сел Блейк, прямо напротив него – Эзра. Единственным свободным оставалось место напротив мамы. Я помедлила еще мгновение, чтобы взять себя в руки, после чего с улыбкой пересекла зал и села.
На Блейка я старалась не смотреть, потому что щеки у меня и без того пылали так, что на них можно было жарить яичницу, и быстро схватила меню, хотя ела здесь всегда одно и то же.
– Вы заметили, как Майк все время смотрел на Эдит? После развода он постоянно в режиме охотника, – неожиданно сказал папа.
– Неправда. – У мамы отвисла челюсть.
– Не надо делать такой шокированный вид, дорогая. Я видел, как вы шушукались.
Мама покраснела и закрыла меню:
– Ничего не знаю.
– Обманщица, – пробормотала Линда, прикрыв рот ладонью, на что мама шлепнула ее по руке.
Я невольно заулыбалась. Похоже, напряжение между нашими родителями полностью исчезло, отчего мне стало значительно легче.
– Итак, что будете заказывать?
– Я хочу самое острое блюдо в меню, – объявила Линда.
– Уверена, мам? Ты же помнишь, что случилось в прошлый раз, – вставил Блейк.
Она решительно отложила меню в сторону:
– Можно воспитать в себе силу. Прямо как ты на физиотерапии.
Блейк фыркнул, но усмехнулся.
– А что случилось в прошлый раз? – осторожно поинтересовалась я.
– Мама опозорилась, когда ее стошнило в свою же еду.
– Блейк Джонатан Эндрюс! – прошипела Линда, ткнув его локтем в бок. – Поверить не могу, что ты меня так подставляешь.
– А что? Ты же сама себя подставляешь, когда заказываешь суперострую еду, которая тебе не по зубам. В этот раз я точно не побегу за стаканом молока.
Его мама лишь покачала головой и обменялась взглядами с моими родителями, указав большим пальцем на Блейка:
– Видите, кого я воспитала?
– Все такой же негодник, – присоединилась мама.
– Но другого мне и не надо, – сказала Линда и положила голову Блейку на плечо.
Тот поднял руку и положил ей на затылок.
– Но ты все равно возьмешь острое блюдо, да? – В его голосе слышались веселые нотки.
– Это вызов самой себе, и я его приму.
Все за столом расхохотались – включая меня.
Мы заказали еду, и родители продолжили болтать о маминой вечеринке. Судя по всему, мы с Блейком немало пропустили. Парочка друзей родителей надолго заперлась в ванной. Папа при попытке сделать стойку на руках чуть не сломал запястье. А мама поиграла в сваху для двоюродной сестры Линды – что обернулось полным провалом, поскольку та уже успела сходить хотя бы на одно ужасное свидание со всеми мужчинами на вечеринке. Кроме того, я выяснила, что мама распаковала еще не все подарки – у нее просто-напросто не хватило времени.
