В кабинете будто гром грянул.
— Да-да, — подтвердил министр. — Это не шутка и это не провокация. Вы сейчас же можете занести в списки Союза ещё одного высокопоставленного коротышку. Надеюсь, что смогу быть вам полезен.
— Никто не смел произнести ни звука.
— Господа, — продолжал Болтик, заметив в лицах коротышек замешательство и недоверие, — господа, месяц назад я стал соучастником ужасного преступления против собственного народа, и с тех пор не было ни минуты в моей жизни, чтобы я не раскаивался в содеянном. Поверьте, я говорю искренне.
Все смотрели на Болтика, а он переводил взгляд с одного на другого.
— Я ему не верю, — заявил Пшигль. — Это просто уловка, чтобы задержать нас и взять с поличным. Он слышал, что мы собираемся уничтожить списки, и теперь оттягивает время до приезда полиции. Надо связать его и уходить.
— Мне не нужно дожидаться полиции, — сказал Болтик и отдёрнул штору. — Смотрите.
Заговорщики погасили свет и приблизились к окну. За деревьями, методично окружая дом, перебегали коротышки из охраны министра.
— Стоит мне запустить этой чернильницей в стекло, и сюда ворвутся два десятка агентов секретной полиции. — Болтик взял в руку мраморную чернильницу со стола.
— И это тоже уловка, — продолжал настаивать Пшигль. — Сожгите документы сейчас же.
— А я почему-то ему верю, — возразил Квантик. — Он нравился мне ещё тогда, когда работал репортёром.
— В таком случае нам остаётся только проголосовать, — сказал Альфа. — Кто за этого господина?
Руки подняли Козлик и Квантик.
— Кто против?
Руки подняли Пшигль и Мемега.
— Хм, — сказал Альфа, — выходит, поровну.
— А вы-то сами как голосуете, господин Альфа? — напомнил ему Козлик.
— Я? Правда, ведь я тоже должен проголосовать. Пожалуй, я… — Альфа пристально посмотрел на Болтика. — Пожалуй, я «за».
Вечером того же дня Пупс выслушал по телефону два доклада от своих министров. В первом Бигль докладывал о том, что в деле по розыску банды Ханаконды нет ни малейших сдвигов. Во втором Болтик сообщал, что никаких следов Козлика пока не удалось обнаружить, но он не теряет надежды и продолжает активные поиски.
Молча повесив трубку и машинально включив телевизор, Пупс в полном отупении выслушал ежевечернюю нравоучительную установку о необходимости безграничной любви и преданности по отношению к Верховному Правителю. Опомнившись, он вырвал штепсель из розетки, хватил об пол дорогую фарфоровую вазу и, гневно сопя носом, залез с головою под одеяло.
Провалившись в расщелину и падая камнем в пелену облаков, Незнайка и Пончик не растерялись, а сразу дёрнули за кольца своих парашютов, поэтому через минуту их падение превратилось в спокойное и даже приятное парение над густыми ватными облаками Ярило и Злючкин, для которых всё было в новинку, напротив, пришли в полнейшее смятение и ещё долго падали, вцепившись друг в друга и набирая скорость. При этом Злючкин для чего-то пытался подмять академика под себя.
— Да пустите же наконец, идиот! — зарычал Ярило, понимая, что вот-вот будет поздно. — Кольцо! Нужно дёргать за кольцо!!
Тут и Злючкин сообразил, что дело принимает нешуточный оборот; оба разлетелись в стороны и раскрыли парашюты. И вовремя: внизу уже отчётливо вырисовывались пожелтевшие деревья, чёрные квадратики огородов, редкие кирпичные постройки и пересекающая всю местность ниточка железной дороги.
Приземлившись на краю полотна, оба кубарем скатились по насыпи и шлёпнулись в наполненную дождевой водой канаву. Они были настолько потрясены случившимся, что ещё довольно долго молчали, бессмысленно вертя головами. Стёкла скафандров давали приличный обзор во все стороны.
Наверху прогремел железнодорожный состав, в окнах которого замелькали удивлённые лица пассажиров, которые не могли взять в толк, почему водолазные работы проводятся здесь в грязной канаве.
Увидев нормальный поезд и нормальных коротышек, учёные решили всё-таки выбраться из канавы и оглядеться.
— Слушайте, — сказал Злючкин через переговорное устройство, — а вам не показалось, что вслед за нами падали ещё какие-то коротышки?
— Нет, не показалось, — ответил Ярило довольно-таки неприязненно. — И как у вас вообще хватает наглости разговаривать со мной после того, что случилось?
Они выползли на шпалы, поднялись на ноги и огляделись. Кругом простиралась голая болотистая местность, украшенная редкими облезлыми кустами. Далеко, у самого горизонта, темнела узенькая полоска леса. Вяло переругиваясь, товарищи по несчастью побрели по шпалам, рассчитывая в конце концов выйти к какому-нибудь населённому пункту.
Постепенно запасы воздуха в баллонах начали иссякать, циркуляция его внутри скафандров нарушилась. Обливаясь потом, бедняги едва волочили ноги.
— Послушайте, — не вытерпел Злючкин, — нужно снять скафандры. Когда там они ещё за нами прилетят!
Ярило шумно и тяжело дышал, но молчал.
