– В зависимости от обстоятельств, – уклончиво пробормотала я. Внутри разлилось облегчение. Она не в курсе, что случилось и почему Исаак не приходил на работу. Он ничего ей не рассказал.
– Что ж, уверена, мы отработаем смену и без Исаака. – Элис мне подмигнула. – И с Роджером, само собой, он на кухне и готовит мне стейк. Но тссс, пожалуйста, не говори дяде. В смысле, естественно, ты можешь ему сказать, но не обязана, так что… Ну, ты поняла, что я имею в виду. Кстати, Исаак говорил, что ты изучаешь искусство фотографии. По-моему, это так интересно. Я как-то позировала для одного фотографа, такая смешная история, могу рассказать тебе прямо сейчас, то есть у нас же куча времени и… – Слова лились из нее водопадом. Они непрерывно вырывались из ее рта, и мне было трудно за ними уследить, так как она болтала очень быстро и резко меняла темы. Элис не замолкала весь вечер. Ни когда приходили клиенты, ни пока она их обслуживала, ни пока наблюдала, как я готовлю напитки и протираю стаканы.
Она. Не. Замолкала.
Меня мучил вопрос, как Исаак выдерживал работу с ней. Это была самая длинная смена, которую я когда-либо проводила в стейк-хаусе. После того как она наконец со мной попрощалась, а я сняла фартук и повесила обратно в шкафчик Исаака, у меня совсем не осталось сил. Я уже представляла себе, как упаду на свою кровать в общежитии и буду просто наслаждаться тишиной, но потом бросила взгляд на мобильник и застыла.
Три непрочитанных сообщения. И один звонок. Все от Исаака.
Сердце упало в пятки, и я дрожащими пальцами открыла сообщения.
И затем третье сообщение.
Я перечитала сообщение еще раз. И еще. Колотящееся сердце подпрыгивало до самого горла, и внезапно я ощутила лишь одно желание: мне нужно увидеть Исаака.
Так быстро, как только могла, я напечатала:
Его ответ пришел через полминуты.
На улице было так холодно, что я совсем замерзла, пока добралась до его дома. Там проскакала вверх по лестнице, причем больше подтягивалась по перилам, чем на самом деле подпрыгивала.
Когда я стукнула в дверь всего второй раз, он ее распахнул и улыбнулся мне. А в следующий момент притянул меня в свои объятия и оторвал от пола.
– Врачи говорят, она на пути к выздоровлению. И через полторы недели сможет вернуться домой. Ей можно будет домой, Сойер! – взволнованно воскликнул он и выглядел при этом гораздо более живым, чем в последние несколько дней, от чего у меня в сердце появилась необыкновенная легкость. Я уткнулась лицом ему в шею и глубоко втянула в себя его знакомый запах.
– Это здорово, Исаак. Просто здорово, – пробормотала я, наслаждаясь ощущением его рук на моем теле.
– Да, правда? – Он снова поставил меня на ноги. Потом нахмурился. А через секунду наклонился вперед и понюхал мои волосы. – Ты пахнешь стейком.
Я кивнула:
– Взяла сегодня одну смену.
Он закрыл дверь.
– Ты взяла смену? Помимо всех остальных своих дел?
Кивнув, я потерла глаза холодными руками.
Исаак посмотрел на меня так, как будто только что сообразил, кто стоял перед ним.
– Почему ты это сделала?
– Потому что я тебя…
Ох, твою мать.
Не лучший момент.
Совсем не лучший момент, чтобы признаваться в своих чувствах. На самом деле это наихудший момент, который я только могла для этого выбрать. Слова едва не вырвались у меня прямо посреди коридора, пока я стояла в теплой зимней одежде, с мокрым носом и онемевшими от холода руками.
Взгляд Исаака потемнел.
– Потому что ты что?
– Ничего. Я устала. У вас еще есть еда? Джан дома? – быстро спросила я, скинув сначала куртку, а потом первый сапог. Но прежде чем успела снять второй, Исаак поймал меня за руку и притянул к себе. Очень близко, пока наши лица не оказались на расстоянии всего пары сантиметров друг от друга. Я видела неуверенный блеск в его глазах, когда он положил вторую руку мне на спину.
– Потому что ты меня
Я тихо выдохнула.
– Потому что тебе нужна моя помощь, а я хочу, чтобы тебе стало лучше.
– Но почему? – снова задал вопрос он, как будто надеялся на другой ответ.
– Потому что я мазохистка. Честно, другое слово, которым можно назвать болтовню Элис, мне даже в голову не приходит. – Я избегала его взгляда, однако, когда он тихо засмеялся, у меня стало так легко на душе. – Как ты только мог пойти с ней на свидание?
– Я ведь тебе уже говорил, что это было не свидание, она новенькая в городе, мне стало ее жалко, потому что у нее нет друзей. Кроме того, она показалась мне достаточно милой, чтобы свести ее с Джаном. Серьезно, ты правда думала, что я так легко покончу с нами и не моргнув глазом пойду искать себе другую?
Я неловко пожала плечами:
