Ром ударил всё-таки ударил в голову. Обидно, я пришла сюда сегодня, чтобы забыться и не думать о Викторе, но почему-то он всё больше занимал мои мысли. Я представляла его обнажённую кожу, манящие губы и большие шоколадные глаза. Этот возникший образ буквально свёл меня с ума. Сейчас мне больше всего на свете захотелось оказаться в его сильных руках, наплевав на все устои, моральные принципы и прочее. Может, Арина права, у меня давно не было секса, и вот результат?
Бред.
Иначе я бросилась бы в объятия Алексея, не раздумывая, и получила удовольствие. Раз уж Люба так нахваливает его…
Опять поморщилась. Меня даже передёрнуло. То ли от нимфомании Любы, то ли от самого Алексея, который, кроме отвращения, ничего не вызывал. Сначала своей навязчивостью, потом с неуместным сексом с чужой невестой.
Виктор – другое дело. Несколько лет назад я безумно в него влюбилась. Он уже тогда казался настоящей личностью, которая сводила с ума. Целеустремлённый, саркастичный, напыщенный гад, не лишённый чувства юмора, иногда чрезмерно пошлого, он мог завести меня с полуслова или одним только взглядом. И, похоже, что ничего не изменилось даже спустя столько лет.
Возмужавший Виктор стал ещё соблазнительнее, ещё желаннее, потому что и я повзрослела. Теперь не боялась признать, чего хочу. Некоторым возраст к лицу.
Не в силах справиться с чувствами и эмоциями, вернулась к барной стойке. В этот раз попросила рюмку текилы. Наплевать, что завтра, возможно, буду валяться с похмельем. Главное остановить сумасшедший поток мыслей, который медленно убивал меня.
Надо остановить безумное желание ему позвонить. Никогда не звонила бывшему или будущему, когда напивалась. Не хотелось нарушать эту традицию. Ещё немного, и я могла сорваться.
Залпом осушив бокал, громко и грязно выругалась, потому что словила глюк. Передо мной вновь предстал Виктор. Вновь моргнула, надеясь, что он исчезнет.
– Ты чего? Как будто чёрта увидела! – дьявольская улыбка появилась на его лице.
– Самого Люцифера! – блеск, я разговариваю с глюком, а он ещё мне и отвечает! Пора лечиться. Вызывайте санитаров!
– Ты в порядке? – волнующаяся Арина подскочила ко мне, подхватив за плечи. Вовремя: мне захотелось плюхнуться в обморок.
– Вы, я так понимаю, Арина, – Виктор продолжал улыбаться.
– Виктор? – ухмыльнулась она, рассматривая и явно оценивая его. – Теперь понятно, почему моей подруге стало плохо.
– Ты тоже его видишь? – взвизгнула, почувствовав облегчение: психиатрическое отделение по мне пока не плачет.
– Ты подумала, что я тебе привиделся? – Виктор расхохотался, и на его скулах заиграли желваки.
– Просто нельзя же так пугать! – продолжила возмущаться. – И как ты вообще тут оказался?
– Люблю подстерегать девушек в ночных клубах, – Виктор с Ариной переглянулись, улыбнувшись друг другу едва заметно, как сообщники.
– Эй! Вы двое явно что-то скрываете! Учти, Арина – замужняя дама, – мой пьяный язык уже жил своей жизнью и болтал что попало.
– Уж и полюбоваться рыжей копной нельзя, – Виктор любезно взял руку Арины и поцеловал. – Но не переживай, я больше с твоими подругами встречаться не планирую. Пойдёшь со мной танцевать?
Захотелось взорваться гневной тирадой прямо на месте. Шутка не удалась, несмотря на то, что Арина рассмеялась. Ах, он не собирается приставать к моим подругам?!
Отказать ему в танце так и не смогла.
Я был рад, что принял предложение Арины, и мы неплохо провели время втроём. Подруга моей светловолосой бестии оказалась настоящей рыжей ведьмой, которая зачаровывала других людей.
– Так и знал, что ты хитрая девушка, которая заманивает моряков на верную гибель, – не удержался и повторил свою шутку, флегматично наблюдая за слишком соблазнительными танцами Надежды.
Она не отлипала от танцпола, а парни никак не отлипали от неё. И, ей богу, член в моих штанах собирался выбраться наружу.
– Два сапога пара! – хмыкнула Арина, так и не пояснив почему нас так назвала.
Когда было совсем поздно, ведьма сбежала с места преступления. За ней заехал её муж, а пьяную Надю она с лёгкостью оставила на мне.
– Смотри, не обижай её, – с хитрой улыбкой заметила она, словно что-то знала.
В этот момент я понял, что у меня появился союзник.
Надя же, наконец, совсем потеряв любое стеснение не отлипала от меня и лезла целоваться. Я тщательно пытался сдерживать её, напоминая себе, что утром она возненавидит не только себя, но и меня. Меня убивал собственный отказ, но, как ни странно, спасал запах перегара, исходивший от Нади.
– Давай я отвезу тебя домой, – наконец, сдался я, почувствовав, что ещё немного, и я взорвусь и не устою.
– Нет, пожалуйста! Не вези меня в таком состоянии к маме! – взвизгнула она. Судя по её выражению лица, она не играла, а действительно чего-то испугалась.
Закатил глаза. Я ведь даже её квартиры не знал. Впрочем, сдавшись, я усадил её в машину и увёз к себе, мысленно надеясь, что я смогу держать себя в руках.
Но это будет невозможная пытка.