Мы сидим в ванне, когда звонит мобильник Бенджи. Снова Джем. Я устраиваю небольшой потоп, потянувшись к телефону, который лежит рядом на стуле, а затем снова прижимаюсь к Бенджи. Его член упирается в мою, слегка побаливающую, задницу. Я устраиваюсь поудобнее, так чтобы мы идеально прилегали друг к другу, как пазл.
— Если ты с ним не поговоришь, он подумает, что ты сбежал с бродячим цирком или типа того, — констатирую я.
— Я ему перезвоню. Не думаю, что сейчас смогу отвлечься на кого-то, кроме тебя.
Я усмехаюсь и отвечаю на звонок.
— Привет, это Алфи.
Джем издает удивленный возглас.
— Пожалуйста, скажи мне, что ты отвечаешь по телефону Бенджи, потому что ты…
— Наконец-то трахаешь его брата, — кричит в трубку Симона.
— Наоборот, и мы сейчас в ванне, — кричу я в ответ.
— А, это уже лишняя информация, — говорит Джем.
Я снова смеюсь. Потом замолкаю.
— Прости, что сбежал от тебя утром. Я запаниковал, когда понял, что ты знал о моих чувствах к Бенджи, которые я так долго скрывал, и…
Бенджи моргает, глядя на меня.
— Я люблю тебя, — произношу я одними губами, осознавая важность этих слов.
Бенджи забирает у меня телефон.
— Пока, Джем, я позвоню тебе позже, — говорит он и бросает мобильник обратно на стул. — Пожалуйста, повтори это еще раз.
— Люблю тебя. — Я наклоняюсь вперед и целую его. — Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя.
***
Сегодня вечером мы все вместе снова вернемся в «Gravity», где, отпустив все свои заботы, будем танцевать до боли в мышцах, и нити, связывающие нас друг с другом, будут светиться в темноте огоньками, так что, даже заблудившись, мы сможем найти дорогу домой.
На обратном пути к Бенджи мы купим бутылку отвратительной малиновой водки, которую не станем пить, а сохраним как напоминание о том, что влюбиться не так уж сложно. Намного сложнее дать человеку понять, что ты чувствуешь, верить, что он будет заботиться о твоем небезупречном сердце, мириться с твоей «ограниченностью» и пьяными причудами, и, несмотря на все это, обнимать тебя всю ночь.
Не знаю точно, как все это случилось, но это и не важно. Главное — я знаю, в каком направлении мы движемся.
Мы поднимаемся по лестнице в клуб: Джем и Симона впереди, увлеченные друг другом настолько, что не замечают ничего вокруг, Бенджи сжимает мою руку.
— Что бы ни случилось дальше, — шепчет он, — мы с этим разберемся.
Мы. Все.
Вместе.