— А после Преображения сколько я протяну?
— Вы получите примерно плюс еще сорок лет.
— То есть аж до ста десяти? — я присвистнул.
— Если вас не убьют раньше демоны или большевики, — хохотнула Ксения, — это была шутка. Считайте, что вы получите новое тело, новую жизнь, новые возможности. Это ли не сказка?
— Хорошо, — согласился я, — это просто сон. Когда я проснусь, то точно окажусь обратно в своем мире, в Москве и продолжу гоняться за артефактами.
— Ах, если бы, — усмехнулась Ксения.
— Наркоз, — скомандовал неизвестный мне врач в круглых роговых очках, и я сразу почувствовал странное оцепенение. А затем все померкло перед глазами. Наверное, я все-таки умер! Почему-то сразу возникла нарастающая паника. Нет никакого Преображения! Это просто хитрый план по моей ликвидации. Они хотят убить меня, черт побери! Я должен немедленно встать и вырваться из этой палаты. Ужасные мысли метались в моей голове, а тело стало совсем ватным. Я уже вообще не мог его контролировать. Я засыпаю.
Но ведь в этом мире нельзя умирать! Здесь нет Лимба, других миров. Это сраный зашитый карман, как сказала бы моя учительница Белка. Этот мир не имеет связей с другими. Здесь нет послесмертия. Мое сознание, душа попадут в адскую мясорубку, которую создали гномы-дебилы по просьбе старой колдуньи Елизаветы. Черт! Это настоящий кошмар! Только не это. Я должен проснуться и вырваться. Немедленно.
— Спи! — рявкнул Рагни в моей голове, и я отключился окончательно.
— Знаешь, Сережа, зачем нам нужна осознанность во сне? — Данила потянулся в кресле и задумчиво уставился в зашторенное окно, на котором светились рунные надписи, — а затем, что человек смертен. И это не страшно на самом деле. Тело — скафандр. Оно выдано на время. За этот короткий срок ты должен успеть развить свое сознание и подготовиться к следующему переходу. Конечно, не все эти понимают. Большинство продолжает спать. Все, что они делают — это создают атмосферу бытия, массовку. Некоторые активно занимаются тем, что клепают и выращивают новые скафандры для переселяющихся после смерти сознаний. Скукота, не находишь?
— Но ведь и вы являетесь отцом, — напомнил я.
— Да, но мы четко понимали, что наша Женечка вырастет не обычной женщиной. На ее долю выпадут большие испытания, поэтому мы долго ее готовили.
— Сон — это симуляция смерти. Альфа версия, — сказал я, отвечая на его вопрос, — если мы сможем быть осознанными в нем, то сможем сохранить свое сознание и после смерти.
— Верно. И это даст нам невероятные возможности. Мы сможем стать кем захотим. Выбрать любой из бесчисленного количества миров самостоятельно, а не полагаться не дерьмовые алгоритмы какого-то там колеса Сансары. На хрен эти лабиринты Бардо, на хрен все это тупое перерождение по чужим правилам! Маг — это свобода от каких-либо правил.
— Ага, — кивнул я, — знаю я парочку таких магов. Они уже в дурке сидят, в крестики-нолики играют, да бритвами чаек кипятят.
— Ты про тех, кто пытается взламывать нашу реальность? Просто твои ребята — профаны. Это нормально. Примерно девять из десяти магов — это профаны. Они пытаются работать с плохо изменяемой вибрацией нашего мира. Это же ведь все не просто так придумано, Сережа, — учитель полез в стол и вынул маленький пистолет, — все вокруг нас соткано из света и удерживается вибрацией определенной частицы Творца. Нарушить ее законы — значит изменить правила самого мира. Обычно это приводит к глобальной катастрофе. Мир стирается в пыль, а частица меняет частоту вибрации и начинает созидать все сначала. Древние маги были гораздо сильнее современных, но даже они не понимали всю опасность прямых работ с вибрациями собственного мира. Итог печален — почти все они превратились в пыль. Выжившие же поняли, что раз играть по таким правилам очень опасно, значит, нужно их обходить. Если все разложить по полочкам и показать на пальцах, то древние маги как раз пытались делать то, о чем мечтает современный тупой обыватель. Щелкнул пальцами и твоя чугунная гиря стала золотой! Щелкнул пальцами, и хер на десять сантиметров вырос. Возможно, что во вселенной существуют миры, где местные частицы позволяют такие фокусы. Представляешь какой там ад творится? Перемены каждую минуту.
— Выжившие маги стали влиять на вибрации косвенно, — я попытался вернуть учителя в нужное русло.
— Да, — Данила принялся разбирать пистолетик, — они осознали, что все предметы связаны действиями и причинами. Невидимые нити и пути, которые можно трогать относительно безопасно. Помнишь поговорку — «Я просто оказался в нужном месте, в нужное время». Вот это и есть магия. Если ты будешь четко знать где будет проезжать грузовик, из которого упадет золотая гиря, Сережа, то ты станешь богатым.
— А член? — усмехнулся я.
— А его себе в жопу засунь, — поморщился Данила, — но вернемся к магам. В итоге они разделились на две крупные фракции — те, кто играет на нитях намерения и тех, кто спит по-настоящему. Первые хотят осознанно жить здесь, а вторые там. И казалось бы, что все хорошо, но есть одна закавыка. Знаешь, какая?
