- Парни, не нужно ссориться. Послушайте, - я постарался подключить всё своё обаяние и харизму. – Мне всего лишь нужно, чтобы вы передали Этьену Дювалю о том, что его друг, Джон Уилсон, сейчас находится на острове, в карцере. Дальше он сам разберётся. Плёвое дело, а взамен я отдам винтовку, цинк патронов и десяток консервов. Если самим не нужно – выгодно обменяете.
- У тебя кроме халата ничего нет мужик, откуда ты винтовку достанешь? Из задницы? – первый солдат рассмеялся.
- Подожди Ньюман, - второй его перебил. – Я слышал, как парни с КПП говорили, что последняя задержанная тачка была набита оружием, жратвой и лекарствами. А этот парень, как ты мог заметить, последний, кого досматривали. Улавливаешь?
- То есть…
- То есть, когда меня выпустят, то вернут всё отобранное, а этого добра у меня не мало, - я ускорил мыслительный процесс Ньюмана. – Меня в любом случае найдут и вытащат, но сейчас у вас есть реальный шанс подзаработать.
- Значит так, - второй солдат, оставшийся для меня безымянным, продолжил диалог. – Нам нельзя отходить от карцера, вернее, нужно чтобы хотя бы один был на посту. Мы поможем, но твое предложение актуально для каждого из нас, договорились?
- Идёт. Только прошу поспешить, у меня нет желания долго испытывать ваше гостеприимство.
- Сука, - коротко выругался второй. – Нужно было больше просить.
- Нее, чувак. Не факт, что я бы согласился. Я же говорил, что меня всё равно найдут. Я просто не хочу терять время.
- Ладно, уговорил. Ньюман, остаёшься караулить, а я найду этого Дюваля, - второй солдат, судя по звуку шагов, стал уходить.
С чувством выполненного долга я прислонился к холодной земляной стенке карцера и прикрыл глаза. Оставалось только ждать. Вот только как на зло, ждать мне пришлось недолго, меньше получаса. И к сожалению, моим посетителем оказался не Этьен, а неизвестный мужчина в форме нацгвардии.
- Так, так, так, - он улыбнулся, глядя на меня. – Я не был уверен до конца, что ты сюда придёшь, но так даже лучше. Рядовой Ньюман, открыть карцер!
- Есть, сэр! – солдат бросился к замку и стал суетливо пытаться открыть его. Пару раз связка ключей падала на землю, но с третьей попытки ему удалось вскрыть замок.
- Давай, Уилсон, выбирайся наружу, я уже заждался, - взгляд этого военного начал меня раздражать. Он или ребёнок-переросток, считающий, что перед ним подарок от Санта-Клауса, либо гомосексуалист.
Стоило мне оказаться на поверхности, как двое бойцов тут же заковали меня в наручники и повели в соседнее здание. Небольшой домик был выполнен из белого кирпича и в целом гармонично смотрелся среди деревьев парка, однако у меня создавались неприятные ассоциации, ну не на чай же меня ведут.
В тесной комнатушке был только металлический стол и пара стульев. Меня усадили спиной ко входу и прицепили наручники к цепям, которые были приварены к столу. Спустя пару минут, когда мне надоело разглядывать голые стены, в комнату вошёл раздражающий меня мужчина.
Он сел передо мной и стал демонстративно листать папку с какими-то листами. Военная форма ему на удивление шла, я смог рассмотреть знаки различи лейтенанта. Каштановые волосы были уложены в аккуратную причёску, на смазливом лице то и дело мелькала улыбка, но в голубых глазах не было и тени радости. На вид ему было лет 25, не больше.
- Итак, - он отложил папку в сторону и посмотрел мне в глаза. – Позволь представиться, лейтенант сил национальной гвардии США, Чарльз Кэмпбел. У меня накопилось к тебе много вопросов. Знаешь, многие люди говорят о тебе хорошие вещи, однако, сопоставив некоторые факты, я смог сделать иные выводы. Ты убийца, мародёр, вор и лжец, одним словом, преступник. Если расскажешь всё как есть, то уверяю тебя, суд будет милосерден.
- Что за херню ты мне сейчас впариваешь? – сказать, что я охренел, значит ничего не сказать. Да, возможно в чём-то этот мудак был прав, я действительно мародёр и убийца, но не вор и не лжец. К тому же, в нынешних реалиях, мои грехи как-то не тянут на преступление. – Ты серьёзно предъявляешь мне каки-то надуманные обвинения? Знаешь, я лучше дождусь, когда обо всём доложат майору Петерсону и буду разговаривать с ним, так что иди-ка ты на хуй.
- Зря, очень зря, Джон, - он покачал головой. – Майору ведь могут и не сообщать, что у нас в карцере находится сомнительная личность. Посидишь немного и наверняка станешь посговорчивей. А чтобы тебе легче думалось, я предоставлю стимул.
С этой дебильной улыбкой, Кэмпбел встал из-за стола, быстро подошёл ко мне и стал бить. Первые удары прилетели в солнечное сплетение, чтобы сбить дыхание, а потом абсолютно бессистемно мне прилетало то по почкам, то по печени. Удары наносились со знанием дела, однако, в драке такое бы не сработало. Мне оставалось только терпеть и делать вид, что мне больнее, чем есть на самом деле.
