– Рассказывай! – рявкает Уэс и придвигается ближе, чтобы грозно нависнуть над субтильным мальчишкой.
Решив, что секретность не стоит пенделей, Грейди раскалывается:
– Называется дексиднипам, – выдает он. – Но я не буду его продавать. Парень, что мне его достал, не знал, что оно не одобрено управлением по контролю за продуктами и лекарствами, поэтому побочные эффекты еще не все прописаны. А судя по тому, как я расшибся, – он морщится, прикасаясь ко лбу, – я бы сказал, что наблюдаются серьезные косяки.
– Кто тебе его дал? – спрашиваю я.
– Сара, я уже сказал: эта наркота не для тебя. Если хочешь, чтобы я что-то достал, не отказывайся от рекомендаций…
– Кто?! – реву я.
Я вижу, как Грейди взвешивает все за и против: раскрыть или нет свой источник перед этой явно безбашенной психичкой.
– Ладно, – наконец произносит он. – Похоже, дела с ним вести все равно не получится. Ты, скорее всего, с ним знакома. Он учился здесь. Помнишь Джоша Моврея?
Я молча разворачиваюсь и иду прочь, оставив Уэса и Грейди.
Применив технику Уэса «повернуть и подергать», я распахиваю дверь в школьный коридор и захожу внутрь. Звенит звонок, ученики торопятся на классный час, и я иду против течения. Уэс молча пристраивается рядом. Я не готова с ним разговаривать, но, похоже, от нервного срыва меня спасает лишь присутствие этого импровизированного охранника.
Уэс не отстает: куда ни поверну – он за мной. Мой конечный пункт пути неизвестен. Я лишь хочу затеряться в толпе окружающих меня учеников. Но вместо того чтобы смешаться с народом, кажется, что я бельмо в глазу – будто на груди алыми буквами, как у прелюбодейки, выписаны все мои позорные тайны. Так начинается паранойя, или это в порядке вещей, что теперь каждый третий на меня пялится? В груди давит, а сердце колотится, как отбойный молоток. Понимаю, что теперь я сама загнала себя в ловушку. Есть ли способ прекратить это безумие? Мы какое-то время бесцельно слоняемся по коридору, а потом Уэс заталкивает меня в пустой класс.
– Рассказывай, что там произошло во сне с Грейди, – требует он, когда мы остаемся одни.
Я прокручиваю в голове полдюжины разумных объяснений, но понимаю, что все они неубедительны. В итоге произношу единственное, в правдивости чего уверена:
– Я попала в него…
Истерики не наблюдается. Вместо этого Уэс говорит:
– Да, так все и выглядело. Когда ты его подхватила, ваши тела стали корчиться в судорогах. Недолго. Но при этом вы двое были, как бы сказать, связаны. Твое тело… – он подбирает нужное слово, – прилепилось к Грейди. Знаю, звучит как бред, но тебя будто всосало в него.
– Все это звучит как бред, – говорю я. Хотя понимаю, что он имеет в виду. – Вот только мы не обнимались.
– Да, – соглашается он. – Ваши тела словно стали едиными, от головы до пят, каждый палец.
– Как тень Питера Пена.
– Именно, – подтверждает Уэс. – И что ты чувствовала?
– Я просто чувствовала его тело как свое собственное, при этом понимая, что это не я, – не особенно стараюсь формулировать. – Я находилась в мозгу Грейди, управляла им. Но это было не во сне. Я оказалась в его комнате. Уэс, – я в отчаянии смотрю на него, – это было в реальности! И я все контролировала…
Он до сих пор не терял при мне присутствия духа, но сейчас отпрянул.
– Как? Что ты хочешь сказать? Ты могла им управлять? Его телом? По-настоящему? В его реальной комнате? – Видимо, только сейчас он понял, о чем я говорю на самом деле.
– Выходит, что так, – уверенно говорю я.
Необъяснимым образом я захватила власть над чужим телом, а до этого просмотрела два общих сна. К чему все отрицать?
– У меня не очень получалось. Сложно было даже пошевелиться, а под конец у него случился какой-то приступ, я почувствовала его возвращение в тело, и меня выбросило обратно в сон. – Уэс молчит. Теперь моя очередь шокировать его. – Это тоже побочка от «Дексида»? – Я скорее констатирую, нежели спрашиваю.
– Наверное, – кивает он. – Я его принял. Ты его приняла. А теперь мы знаем, что и Грейди. Вспомни, когда мы в первый раз заметили его на станции. Он отличался от пассажиров. Казался пьяным, раскачивался.
– Как мистер Хьюстон, – добавляю я, и над моей головой вспыхивает воображаемая лампочка.
– Кто?
– Тот пожилой человек, за которым ты захотел спрыгнуть с поезда в первую мою ночь на «Дексиде». Я его узнала, он из клиники. Участвует в том же исследовании. И тоже принимал лекарство. Но он вел себя не так, как мы. Больше был похож на Грейди.
– У него тоже БДГ?
– Нет, он лунатик, – отрицательно качаю я головой.
– Тогда это точно из-за «Дексида»… – Уэс кивает все энергичнее. – Старик на нас не похож. Он, как Грейди, обычный человек. Видимо, те, кто принимает «Дексид», взаимодействуют во сне. Их реакция на лекарство пассивна, и ими можно завладеть, а наше сознание дает нам порулить. – Присвистнув, Уэс снова садится на парту. – Черт побери, Сара! Понимаешь, что это значит?
– Еще бы, – я открываю дверь. – Это точно ненормально.
