— Испечь примирительное печенье? А ведь и точно! Я смогу испечь печенье… пока ты будешь разговаривать с Сэмом, — Дин всё еще отчаянно искал лазейку. Однако он был не удивлен, что и эта попытка свалить всё на Каса провалилась.
— Кажется, мы уже прошли ту стадию, когда сладкое высококалорийное угощение могло исправить положение, Дин. И ты всё равно не убедишь меня пойти туда в одиночку.
— Чертово небесное воинство, — проворчал Дин, — воин Господень боится встретиться лицом к лицу с травмированным снежным человеком.
— Прошу прощения, — с достоинством заметил Кас, — но конкретно мой отряд не был обучен терапевтическим методам. Мы были воинами в прямом смысле этого слова.
— Подожди, а некоторые отряды действительно были обучены терапев… ох, черт, да какая разница, — Дин мысленно сделал пометку спросить об этом позже, — ладно, ладно, ладно, мы пойдем вместе.
Повисла тишина: вероятно, парни пытались подготовиться к тому, что их ожидало. В этот момент в голове Дина что-то щелкнуло, и он бросил на Каса обличающе-впечатленный взгляд:
— О боже мой, ты что, действительно пошутил?
Кас не смог справиться с усмешкой:
— Во славу Отца. А я-то подумал, что ты так и не поймешь. Это была бы ужасная потеря.
Дин застонал, запустил руки в волосы и устремил взгляд в потолок, обращаясь к гипотетическим высшим силам:
— Серьезно? Вот что вы мне послали? Сентиментальный йетти и шутящий ангел? Это моя награда?
— Всё могло бы, — довольно сказал Кас, — быть намного хуже, знаешь ли.
Дин улыбнулся и наклонился к Касу, быстро, но вдумчиво целуя его.
— На самом деле, я знаю. А теперь пойдем, настроение Сэма — не вино, со временем оно лучше не становится.
И правда, звуки, доносившиеся из библиотеки, становились всё более и более душераздирающими, и Дин даже начал волноваться. Не имея ни малейшего понятия, как подступиться к этому делу, Винчестер избрал давно знакомый путь. Он повернулся к Касу и изложил стратегию:
— Окей, я иду прямо в лоб, а ты защищаешь тыл. Непохоже, что он сейчас способен на насилие, но нельзя его недооценивать. Никакого оружия, но постоянно остаемся начеку, — Кас уставился на него, наклонив голову и слегка приподняв брови, и Дин закатил глаза, — что? Что еще?
— Он твой брат, а не противник, Дин, — сказал Кас с выражением ангельского терпения.
— В данный момент я уже не уверен, кто он, особенно учитывая эти безбожные всхлипы, которые я не слышал от него с тех времен, как он вышел из пеленок, — угрюмо ответил Дин.
— Он в депрессии, Дин, и явно нуждается в сочувствии, а не в нападении, — возразил Кас.
Дин ткнул пальцем в сторону библиотеки:
— Видишь? Именно поэтому я сказал, что идти должен ты. Ты знаешь, как справиться с чем-то вроде этого. Ладно, тогда я буду защищать тыл, а ты можешь придумать себе другую стратегию. Но если он вцепится тебе в горло, не говори, что я не предупреждал.
Кас даже не потрудился ответить: просто осуждающе покачал головой и жестом сказал Дину идти за ним. Не то чтобы у Винчестера был выбор — он бы никогда не поступил как мудак, отправив Каса вперед и просто оставшись на месте — так что он послушно пошел следом.
***
План атаки канул в небытие, как только они вошли в библиотеку и смогли оценить ситуацию.
Сэм лежал на голом полу посреди комнаты и с видом самого несчастного человека из всех ныне живущих невидящим взглядом смотрел в потолок. Какое там насилие, он не заметил ни их появление, ни даже медленное приближение. Кас и Дин молча остановились где-то в полуметре от Сэма. Прищурившись, Винчестер заметил, что по щекам брата еще текли слезы.
Одновременно чувствуя вину и пытаясь понять, что лучше всего предпринять, Дин посмотрел на Каса и слегка подтолкнул его локтем, намекая, что неплохо было бы что-то сделать. Кас пихнул Дина в ответ, очень ясно говоря «нет, это ты сделай что-нибудь!».
Закатив глаза, Дин ткнул пальцем в сторону Сэма: Иди туда и утешь его, пернатый идиот! Будь мужиком, а не бесполой куклой Барби!
Глаза Каса сначала расширились, а потом сузились.
Кажется, Дин так ясно выразил свои мысли, что Кас уловил дословную формулировку. Упс. Раньше это происходило всего несколько раз, и то в моменты серьезного напряжения. Если, черт возьми, охотник нечаянно умудрился сделать это сейчас… Что же, он скоро узнает. Когда Дин пробормотал что-то вроде этого, он потом неделю спал на животе. Нельзя поставить под сомнение мужественность ангела, по жизни доминирующего, да еще и регулярно трахающего тебя, и не заплатить за это.
Придав лицу извиняющееся выражение (Винчестер не ощущал потребность попросить прощения, но чувствовал, что просто обязан попытаться), Дин решился на отчаянный шаг. Может быть, Кас это учтет и будет мягче… Охотник шагнул к Сэму. Тот никак не отреагировал.
Черт. Всё-таки придется говорить. Понятия не имея, как именно нужно начать, Дин избрал самый простой путь:
— Эй, Сэмми… Эй, приятель, как ты? — раньше он использовал такой тон, когда Сэм возвращался из школы, хмурясь и глотая слезы. Кажется, сейчас нужно было говорить по-другому, но раз уж Дин не знал, как это — по-другому, он просто плюнул на это.