Сны полностью

« Моя Сара, если ты боишься, нападения в собственном доме, сделай следующее: возьми мои сапфиры (два из них в деревянной коробке). Растолки немного розмарина, чеснока и красной водоросли в маленькой ступке. Обкатай сапфир в этом порошке. Потом скажи:

Пой, если печать будет сломана.

Лизни палец и прикоснись к сапфиру. После того, как ты прочла заклинание, не говори ни слова за все время, пока ты хочешь, чтобы сапфир стоял на страже. Если ты заговоришь, сапфиры умолкнут. Положи один из них на чердаке, прямо посередине, а второй оставь себе. Если кто-то попытается проникнуть в том, сапфир скажет тебе. Помни, не говори ни слова, иначе сапфиры не будут петь » .

— Вот оно.

— Кажется, очень просто, — сказал Гарри. Они пошли назад в подвал и Сара начала класть сухие листья в мамину каменную ступку.

— Сара, — напряженный, внезапный шепот, заставивший ее тревожно поднять взгляд. — Ты что-нибудь слышала?

— Нет, ничего, — ее сердце участилось. Она попыталась вдохнуть, но воздуха не хватало.

— Думаю, я слышал что-то. Будь здесь.

Гарри вытащил скин ду.

— Я пойду с тобой.

— Нет, оставайся здесь и закрой дверь.

— Я могу понадобиться тебе.

— Не спорь со мной, Сара.

« Не спорь со мной » ?Он, правда, только что это сказал?

Сара вызывающе посмотрела ему в глаза и направилась к винтовой лестнице. Гарри вскинул руки вверх. Ну, конечно, она это сделает.

— Хотя бы кинжал возьми!

Сара повернулась к нему спиной и подняла рубашку, чтобы показать ему скин ду.

Гарри кивнул.

— Неплохо.

Медленно, осторожно они прошли сквозь весь дом, кухню, гостиную, столовую, спальни, ванные, кабинет Джеймса. « Этот дом бесконечен! », — подумал Гарри.

Ничего. Ничего не было, человеческого или нет.

— Это было твое воображение.

— Может быть, — Гарри не был в этом убежден.

Они вернулись в подвал, и Сара снова начала оттуда, где закончила. Она вытащила сапфиры и осторожно положила перед собой. Положила сушеный розмарин и чеснок в ступку, осталось добавить лишь красные водоросли и все измельчить. Она покрыла сапфиры этой смесью.

— Теперь я прощаюсь. Мне нельзя будет говорить ни слова.

Гарри кивнул.

— Пой, если печать будет сломана, — провозгласила Сара. Она лизнула указательный палец и дотронулась до сапфиров по очереди.

А затем — тишина.

Она не возражала. Она находила идею не разговаривать странно привлекательной. Очень осторожно держа сапфиры, она пошла вверх по винтовой лестнице на второй этаж, Гарри следовал за ней. Они прошли по коридору, мимо своих комнат на лестничную площадку между гостевых. Сара открыла дверь слева и вытащила длинную палку с крючком на конце. Она использовала ее, чтобы открыть люк над их головами, и, когда она это сделала, спустилась стальная лестница. Они поднялись вверх по лестнице, на чердак.

Сара поместила сапфир прямо в центре комнаты на полу, а один прижала к сердцу. Они переглянулись.

Мое первое заклинание.

Между нами нет больше слов,

Лишь песня .

Гранд-Айл, Луизиана

— Он понятия не имеет, Шон. Но он отличный рыбак, — Майк просматривал страницы в Интернете, разговаривая с Шоном. Найл, как обычно, был на пляже.

— Что?

— Он ходит ловить рыбу каждую ночь. Сам берет лодку. Без удочки, или сетки. Возвращается с большим количеством рыбы, чем мы можем съесть.

— Круто. Ты слышал, как он поет?

Майк закатил глаза.

— Круглосуточно. Я теперь знаком с каждой ирландской песней из прошлого, настоящего и даже с несколькими из будущего. Но нет, он не пел так, как ты имеешь в виду. Хорошо, что ему не пришлось.

— Ага. Значит, вы все еще в безопасности.

— Надеюсь, что так и будет продолжаться. Как у тебя дела?

— Не страннее, чем обычно. Цапля... она в порядке.

Глаза Майка расширились. Он с такой нежностью произнес имя Сары. Это прозвучало очень, очень лично.

Он влюбился в нее, или что? Это бы очень усложнило ситуацию.

— Ладно, я пойду. Пошлю тебе Сигнал. — Сигналом было сообщение, которое они посылали друг другу каждое утро и ночь, чтобы удостовериться, что они в порядке. Чтобы удостовериться, что они живы.

— Ага. А вот и Найл. Господи, дай мне сил.

Майк слышал, как Шон засмеялся, нажимая кнопку «окончить разговор».

— Вот. Наш ужин, — Найл бросил мокрый мешок на неровный деревянный пол лачуги. С его каштановых волос капало.

— Раки, — лицо Майка помрачнело.

— И моллюски, — бодро добавил Найл.