Сара вымыла волосы Гарри настолько, насколько могла. Она продезинфицировала рану и хотела забинтовать ее, но Гарри был совершенно против.
— Я буду выглядеть как мумия!
— Сейчас не самое подходящее время думать о своем внешнем виде.
— У тебя есть болеутоляющее?
— У меня есть кодеин. Мама с папой часто пользовались им.
Гарри глотнул пару капсул и потащил Сару из ванной.
— Пошли.
— Спасибо, кстати, — пробормотала она.
— За что?
— За то, что спас меня. Снова.
— Ах, да. Тогда, кстати, пожалуйста.
Если бы она не была так напугана, то улыбнулась бы.
— То, что ты делал с ножом... это было невероятно!
— Это навык. Этому можно научиться. — Гарри научил меня.
— Научишь меня?
— Конечно. Я научу тебя всему, что знаю.
— И усыплять людей тоже?
— Нет.
— Почему?
— Чтобы ты не использовала это на мне, конечно же.
В этот раз она не смогла сдержать улыбку.
Они сделали остановку на кофеин. Гарри проглотил несколько эспрессо в один присест.
— Намного лучше. Пошли.
Кофе в качестве лекарства от сотрясения. А у него еще степень в медицине!
Они снова проверили весь дом, Гарри держал скин ду наготове, руки Сары пылали. На гравии было немного черной крови, и след вел к воротам. Кажется, чудовище ушло.
— Интересно, чей это был демон, — сказала Сара, думая о списке.
— Скоро мы узнаем. Это был еще один Ферал. Ты знаешь, что это такое?
— Нет.
Они совсем ничему ее не учили?
— Слуги, Фералы и Высшие. Слуги в основном свирепые, но тупые. Фералы — что-то среднее между животными и разумными существами. Высшие демоны... Вот кого нужно бояться в первую очередь.
— Ты когда-нибудь встречал их?
— Много раз. Надеюсь, тебе никогда не придется, — прошептал он. Но он знал, что это хрупкая надежда.
Сара промыла сапфиры в воде и соли, так говорилось поступить с чем-то, что использовалось в более чем одном заклинании.
Теперь она больше не могла говорить. Она снова была в своем маленьком молчаливом пузыре.
Комната была в полнейшем беспорядке. Кровь была везде — и кровь Гарри, и кровь существа. Было холодно, потому что стекло разбилось, и ночной холод наполнял комнату.
— Я помогу тебе убраться, — предложил Гари, и Сара благодарно кивнула.
Гарри заколотил окно деревянными досками, которые нашел в гараже, а Сара скребла и мыла в тишине, пока вся кровь не была отмыта. Она с грустью посмотрела на окно. Кажется, что мы в осаде. Это ужасно.
Она взяла свой дневник и написала в нем.
— Что ты видела?
— Позови, если я понадоблюсь. И не смей больше мыть или чистить, ладно? Тебе нужно отдохнуть. Я пойду приму душ.
Сара снова кивнула.
Но она не могла остановиться. Она была так напугана нападением в собственной комнате, что должна продолжать дезинфицировать и вымывать до тех пор, пока ее руки не начнут кровоточить. Из-за заколоченного окна она даже не смогла увидеть, что пришел рассвет. Она уснула на полу.
Три часа спустя Сара резко проснулась. Все ее тело болело, голова разрывалась надвое. Они попыталась встать и привести себя в порядок, но ее голова так кружилась, что пришлось снова лечь. Ее руки были в агонии, она посмотрела на них и поморщилась. Они были потрескавшимися и кровоточили. Она потрогала лоб — он был очень горячим.
Тень вернулась с охоты, когда Сара еще убиралась. Запах отбеливателя ударил ей в розовый носик, но она осталась и из преданности спала на полу с Сарой. Теперь кошка запрыгнула на кровать и потянулась.
Сара застонала. Она поплелась в ванную и сумела найти немного парацетамола. Взяла две таблетки и попыталась запить их, но ее горло опухло и болело. Она забралась в постель, умоляя, чтобы не пришло видение, и уснула легким, тревожным сном.
Примерно через час, Гарри постучал в дверь.
— Сара, ты в порядке? Уже почти половина седьмого.
Сара тут же проснулась. Она не могла говорить из-за заклинания и того, что ее горло так болело, — все равно было бы очень больно. Она медленно проснулась, чувствуя боль во всем теле, и открыла дверь. Взглянув на нее лишь раз, Гарри понял, что что-то было не так. Ее зеленые глаза были нечеловечески яркими, сама она была белой, словно полотно, а ее щеки и губы — алыми.
— О, Сара... Давай, приляг, — он потрогал ее лоб. Его рука казалась холодной по сравнению с ее горящим лбом. — Ты вся горишь. Ты что-нибудь приняла?
Сара кивнула. Поворачивать голову было ужасно больно. Она подняла руку в сторону лба Гарри и легко коснулась его волос, задавая вопрос взглядом.
— Я в порядке, это просто синяк, — он резко выдохнул, увидев ее руки. — Сара! Что ты сделала?
Сара отвернулась.
— Боже, Сара. Что ты с собой делаешь?
Гарри исчез в ванной, покопался там и вернулся с первым попавшимся тюбиком крема. Он сел рядом с ней на кровать и открыл его. Выдавил немного приятно пахнущего крема и покрыл им ее руки, медленно втирая. Облегчение было невероятным. Сара закрыла глаза, позволяя Гарри легко массажировать ее руки. Это было так приятно, что она пожелала, чтобы он не останавливался.
