Но прежде, чем спуститься, Эстер долго смотрела на выдвижные ящики под столешницей перед ней. «Лазать по чужим вещам без разрешения — плохо, но… Никого же нет? А если аккуратно глянуть и ничего не портить, то никто ничего не узнает, так?» — она с сомнением прикусила нижнюю губу, продолжая разглядывать ящики. Наконец девушка нерешительно присела у стола, осторожно выдвинула к себе верхний, ещё раз оглядевшись по сторонам, прежде чем заглянуть внутрь. «Вообще, я зря беспокоюсь: он же сказал, что вернётся только завтра вечером. Ну или что он там имел в виду? Ладно, не суть…» — разочарованно закрыв первый ящик, снова задумалась Эстер. В нём ничего интересного не нашлось, только ещё одна коробка с инструментами, пучок незаточенных графитных карандашей, несколько непонятных деталей, две стопки тонких металлических листов разного цвета, пучок железных тонких прутьев и пара мотков проволоки разной толщины. Не это разыскивала Эстер, да и вряд ли расходные материалы не вполне ясного ей назначения могли её заинтересовать в принципе. Гораздо больше интереса вызвало содержание второго ящика.
Где-то внутри Эстер снова проснулось что-то вроде совести. Как в первый день в животе неприятно зашевелилось, схватило за горло, но онемевшие пальцы покалывало любопытство такой силы, что никакая внутренняя сила не могла уже побороть соблазна узнать, что скрывается под обложками обнаруженных двух тощих папок и невысокой стопки из четырёх или пяти потрёпанных тетрадей. «Если бы это было что-то секретное — закрывал бы на замок, — решила для себя девушка. — Нет, ну вообще-то предполагать, что за твоими записями кто-то полезет… Вообще-то надо предполагать! Да. В любом случае, там могут оказаться те же чертежи да расписки. Совершенно не интересные. Но проверить надо». Уговоры подействовали, любопытство победило страх и доводы разума. Эстер ещё раз прислушалась к тишине на лестнице, а затем просто села на пол, опершись плечом на бок стола, после чего, не доставая из ящика, приподняла обложку первой папки. Да, просто подшивка документов с работы, ярлыки да описание проделанных работ, вторая тоже. Удовлетворившись этим знанием, Эстер оставила папки в покое, достав из ящика только стопку тетрадей.
Судя по успевшему скопиться на обложке верхней тетради тонкому слою пыли, сам хозяин записей уже достаточно давно ими не интересовался. Никаких подсказок на обложках насчёт того, что могло быть в той или иной тетради Эстер не нашла, поэтому решила кратко просмотреть все. В первой ничего нужного не нашла. Снова расчёты. На этот раз аренда, что можно было понять по обозначению месяца и в самом начале кое-где мелькающих расчётах сумм возмещения ущерба. Странно, но последняя запись по поводу каких-либо выплат была даже не за предыдущий месяц, а судя по въевшимся почти насквозь в страницу чернилам, даже не за этот год. Ради интереса Эстер посчитала указанные месяцы. Записи велись чуть больше полутора лет, а потом оборвались. Последняя, без даты, представляла собой только последовательность из одиннадцати цифр, и ещё часть листов вовсе осталась чистой.
