— Я не показываюсь никому, потому что люди могут неправильно понять меня или, что еще хуже, навесить на меня ярлык. Только детям я могу являться, потому что дети видят мир таким, какой он есть: чистый и красочный. Ты уже не ребенок. Теперь ты сам распоряжаешься своей жизнью, тебе хватит забот и без меня.
Лоренс хотел что-то сказать, но ком в горле не пропускал ни звука наружу. Перед глазами все поплыло и стало светлеть, но мальчик отчаянно хватался за сон.
Наблюдатель поднял свои ясные глаза на друга:
— Не просыпайся подольше, пожалуйста. Я не хочу умирать…
