Сара закрыла глаза. Еще столькому нужно научиться, столько узнать. Целый новый мир, новая жизнь. Пугающая, намного хуже, чем ее прошлая жизнь. А та и так была достаточно ужасной.
— Гарри, если мы пойдем искать демонов посреди бела дня, нас кто-нибудь увидит, и люди запаникуют!
— Скажем, сегодня мы собираемся на разведку. Просто увидим, с чем имеем дело. Пошли за ножами. Кстати, не против, если я возьму нож твоего отца? У меня есть свой, но он хорошо лежит в руке. Такой легкий. Настоящее удовольствие.
— Скин ду? Конечно. Забирай. Но если мы идем только на разведку, зачем ножи?
— Нельзя ходить без ножа. Я узнал это в Японии... На своей шкуре, — Гарри поднял левую руку. На ней был глубокий, белый шрам от локтя до запястья. Он снова улыбался той высокомерной улыбкой. Она заметила ямочку на щеке. — Кроме того, я еще могу делать кое-что с лезвием.
— В смысле?
— Увидишь.
— Ты тогда бери нож. У меня есть темная вода, — сказала Сара, не отступаясь от своего.
— Возьми нож. Поверь мне.
— Не буду, — выражение ее лица было таким мятежным, таким детским, что он ничего не смог поделать с улыбкой.
— Ладно. Тогда пусть это будет услугой. Для блудного кузена.
Сара сдалась. Она закатила глаза и пошла к винтовой лестнице, ведущей в подвал.
— Твой нож не в подвале. Он под твоей подушкой.
— Под моей подушкой? Как он туда попал?
Гарри улыбнулся и не ответил. Сара почувствовала, как живот скрутило. Он снова это сделал. Он усыпил меня. Как же это странно. Он может усыпить меня, а я ничего не вспомню.
Она пошла наверх, в свою комнату и достала нож из-под подушки. То, что она помяла свою идеальную кровать, заставило ее поежиться. Она снова ее осторожно застелила. Потом она сорвала одеяло и снова застелила его. Глубокий вдох. Так лучше.
Она вернулась вниз, держа нож двумя пальцами, будто это что-то отвратительное.
— На тебе есть носки? — спросил Гарри.
— Что?
Он поднял штанину до колена, чтобы показать скин ду, привязанный кожаными ремешками.
Оу.
— Нет.
— Ладно. Тогда повернись.
— Зачем?
— Просто повернись. И подними рубашку.
— Что?
— Я хочу показать тебе, где носить нож. Мэри-Энн показала мне.
Мэри-Энн. Ну да.
Сара густо покраснела, но повиновалась. Она повернулась и подняла рубашку. Гарри просунул нож в бюстгальтер, прямо на ее спине, прикасаясь к коже теплыми, проворными пальцами. Сара быстро опустила рубашку и отошла.
— Подвигайся.
— Я ничего не чувствую.
— Именно. Теперь попытайся достать скин ду.
Сара подняла руку, завела ее за спину и ее рука наткнулась на нож. Она плавно вытащила его.
— Идеально.
— Мне не нравится ходить с оружием.
— У тебя нет выбора.
Нет. Мне не дали выбора, когда я родилась Миднайт.
Гранд-Айл, штат Луизиана
Дорога белой лентой извивалась между мангровыми зарослями, редкими болотами и стоячими водоемами. Воздух был тяжелым и влажным, никакого намека на ветерок. Прямо на линии горизонта, едва заметно поблескивая, было море.
— Итак... ты играешь на осетинской гармонике? — лицо Найла было безмятежным и открытым.
— Такое лицо обычно у людей, которые не слишком утруждают себя мыслями.
— Играю на чем?
— Осетинской гармонике, официальном инструменте Луизианы.
— Конечно. И ем джамбалайю, занимаясь ритуалами вуду.
— Правда? — глаза Найла расширились от энтузиазма.
— Нет.
— Оу. О, ну, ладно. — Пауза. — Господи, это аллигатор?
— Это упавшее дерево, Найл, — вздохнул Майк. Этот ирландец испытывал его терпение.
— Неужели дерево? Ладно, видимо и музыка здесь отличная. Может, поищем?
— Сегодня не праздник.
— Я знаю, но так мы можем убить двух зайцев одним выстрелом...
— Ты не мог бы относиться ко всему серьезнее? — Майк был раздражен. С тех пор, как он подобрал Найла в той разрушенной деревне Скерри, или как там ее, он вел себя так, будто это было просто веселое путешествие. Если бы мать Найла, глядя ему в глаза, не сказала бы «Присмотри за ним, пожалуйста», с этим их певучим акцентом... Если бы не то, что сказала Мэри Флинн, Майк подумал бы, что Флиннам совершенно все равно. Или, что они не знают. Но нет, они знают, и они напуганы.
Просто Найл был... Найлом.
— Я отношусь серьезно. Смотри. У меня есть швейцарский нож.
— Что есть?
— Швейцарский нож. В кармане.
— Прекрасно. Просто прекрасно. Это точно спасет нам жизни, — Майк включил радио и увеличил звук настолько, насколько мог.
Найл Флинн, Тайный наследник семьи Флинн. И он просто чокнутый. Я должен сохранить ему жизнь. Удачи мне. Будто Врага недостаточно, мне еще нужно остерегаться Сабха.
Его телефон завибрировал.
— Это сообщение. Можешь прочесть?
— Конечно. Это от Шона. Он спрашивает, близко ли мы, — «Д-А». — Вот. Отправлено. Странно, что здесь есть связь.
