— Ну, много чего. Есть много новинок, я много работал в последнее время и пропустил премьеры. Но Макс скупает их для меня, что бы я мог посмотреть, когда буду свободен.
— Он заботится о тебе?
— Да. И все остальные. Как и я о них. У нас так принято.
— Так у вас, что вроде комунны?
— Комунны? Ну не знаю. Мы называем это стаей. Это как большая семья.
— И тебя не напрягает необходимость все время о ком заботиться и то, что кто, то все время вмешивается в твою жизнь. Тебя не раздражают все эти люди?
— Как они могут меня раздражать? Мы живем друг для друга. В этом смысл существования в стае. Ценен каждый и для каждого важно выживание стаи.
— Коммунизм, какой то. Неужели ты не хочешь что-то только для себя?
— Только для себя я хочу тебя. Просто ответил Алекс. Алекс обернулся от ДВД и внимательно посмотрел в глаза Рите. В его глазах сверкнула смешинка.
— Я никак не могу понять, когда ты говоришь всерьез, Алекс, а когда смеешься надо мной.
— Когда я говорю о том, что хочу быть с тобой это всегда совершенно серьезно. Привыкай. Ложись на диван, я включаю. Рита растянулась мягком диване, в гостиной. Алекс вместо того что бы сесть в кресло устроился на полу у нее в ногах. Они смотрели, какую-то комедию и смеялись вместе как дети. Было, как то так комфортно и спокойно вот так в гостиной сидеть и смотреть кино. Как будто, так и должно быть. Глаза Риты все чаще задерживались на профиле Алекса, и она ловила себя на том, что любуется им. А он как будто всегда чувствовал ее взгляд и поворачивал голову, ловя, ее смущение и его ответный взгляд казался лаской. Один фильм сменял другой, Алекс приносил перекусить и чай. Незаметно наступил вечер, и гостиная освещалась лишь светом от большой плазменной панели. Рита давно перебралась на пол, к Алексу стащив с дивана подушки и покрывало. Незаметно для себя она оказалась лежащей на полу, на пушистом ковре рядом с Алексом. Очередной фильм закончился.
— Хочешь ещё, что-нибудь посмотреть или уже устала? Её глаза опять натолкнулись на его ласкающий взгляд.
— Можно мне потрогать твои волосы Алекс? — Господи что я несу?.Глаза Алекса полыхнули голодом, и он опустил веки, что бы не спугнуть свою удачу.
— Ты можешь делать все что захочешь, родная. Рита осторожно протянула руку к его волосам и потрогала их. Потрясающе. Его короткие волосы были мягкими, как роскошный мех. Разве у людей должны быть такие волосы? Алекс, наблюдал за её, лицом из под полуопущенных, век. Его дыхание стало тяжелее и чаще, но он не шевелился. Рита, осмелев, зарылась рукой в его волосы. Трогать его так приятно. И так необходимо. Она потянулась ближе, вдохнула его запах. За это время он стал уже знакомым и каким-то родным. От его запаха, такого мужского, такого реального все заполыхало в голове, и это жидкое пламя медленно стекало вниз, заполняя грудь и опускаясь вниз живота. Рита касалась губами, его волос, продолжая с наслаждением вдыхать его запах. Ей вдруг до безумия захотелось, что бы он поднял голову и поцеловал ее. Захотелось его жадных рук по всему ее телу. Казалось вся кожа, вспыхнула, в ожидании. Но Алекс не двигался. Его бурное дыхание со свистом вырывалось из крепко сжатых челюстей, но он не поднимал на нее глаз и не двигался. Почувствовав острый укол смущения, Рита отстранилась. Вот дура то! Стыдобища, никогда сама к мужикам не приставала и не фиг, начинать было!
— Прости, я не хотела. Это случайно вышло…
— Ты не можешь извиняться, за то — что касалась меня — хрипло произнес Алекс.
— Конечно же, могу. Я же вижу что тебе неприятно. Марго поднялась, не зная, куда деть глаза — поэтому прошу…
— Алекс резко дернул ее за руку, заставляя упасть на его тело.
— Ты не можешь извиняться за то, чего я хочу больше всего на свете, за свои прикосновения! — зашептал он ей в ухо, обдавая ее горячим дыханием.
— Я просто боюсь, что если позволю себе коснуться тебя, то остановиться уже не смогу. На самом деле я уже сейчас не готов остановиться. Поэтому если ты хочешь меня оттолкнуть сделай это прямо сейчас или будет поздно.
— Я не хочу тебя отталкивать. Рита не узнавала свой голос, и не хочу что бы ты останавливался.
Казалось, воздух раскалился, и обжигал кожу и легкие. Алекс со стоном впился в ее губы. Одной рукой он ласкал ее затылок, а другая жадно шарила по спине под топом. Рита несколько секунд позволила ему себя целовать, а потом сорвалась сама в безумный поцелуй, лаская его язык и кусая губы как в невыносимом голоде. Алекс стонал и выгибался под ее телом в попытке стать еще ближе. Рите отчаянно хотелось добраться до его кожи. Прервав поцелуй, она услышала недовольный стон Алекса. Она нетерпеливо схватилась за его футболку и попыталась снять с него. Но неожиданно раздался треск, и она лопнула в ее руках, почти до горловины. Рита в удивлении распахнула глаза. Алекс рассмеялся.
— Не пугайся, ты привыкнешь. Разорвал её до конца и, воспользовавшись замешательством, резко сдернул ее топик через голову. Из его горла вырвался не то рык, не то стон.
