Он обернулся мгновенно. Кейвон Хаймс стоял в проеме, ведущем к источнику, — точь-в-точь такой же, как тогда, когда они встретились в лифте. И даже одет так же… Да, именно так же: в хейгорновскую легкую космическую форму, никакого скафандра! И нет ему дела ни до отсутствия кислорода, ни до низкого давления, ни до космического холода… ни, пожалуй, до законов физики вообще.
—
Черноволосый парень улыбнулся:
— Не об этом нам надо говорить.
— Ты обходишься без воздуха и поэтому решил, что можешь ставить условия?
— Достойно сказано, — заметил Хаймс. — Вполне в твоем стиле.
— Издеваешься?
— Отнюдь нет.
— А хочешь, я угадаю? Сейчас ты попросишь, чтобы я отдал тебе ключи. Оба сразу.
— Верно, Квалин. Так будет лучше всего.
— Лучше для тебя, хочешь сказать?
— Для меня. Для тебя. Для всех.
— Ну да, конечно! У нас на Земле когда-то коммунисты тоже говорили, что их власть лучше для всех. И Рэй Чейн. И ваш Хейгорн из той же компании.
— Хейгорн здесь ни при чем. И я не имею к нему никакого отношения.
— А к кому имеешь?
— Здесь я сам по себе.
— Ладно, допустим. И что ты сделаешь, если я не отдам ключ?
— Разве имеет значение, что сделаю я?
— Это пустые разговоры, — сказал Квалин. — Я с тобой только теряю время.
— Очень жаль, что ты так думаешь.
— Нет, правда, а что ты сделаешь? Убьешь меня? Испортишь скафандр, а потом спалишь лицо? Или придумаешь что-нибудь пооригинальнее?
— Жаль, что ты меня даже не слушаешь.
— Да?! Но ты же все время виляешь! Уклоняешься от ответов, говоришь загадками… Если хочешь, чтобы я сделал по-твоему — объясни, почему!
— Посмотри на себя, — сказал Хаймс.
— Ты о чем?
— Что ты делаешь, Квалин?
— Я иду к источнику! — воскликнул разведчик.
— Вот именно: ты идешь к источнику. Посмотри, как ты идешь. Что ты оставляешь за собой? Ты только что убил человека — разнес ему голову. И едва не взорвал другого. Объясни, почему?
— У него был ключ. Они хотели забрать ключи себе!
— Вот именно, Квалин.
— Я тебя не понимаю!
— Ты путаешь непонимание и нежелание понять. Похоже, что я уже опоздал.
— Ну так иди на хрен! — Михаил поднял лучемет. — А то, знаешь ли, у меня есть сильное желание проверить, что с тобой сделает предельный импульс.
— В этом нет необходимости, — сказал Хаймс. — Я ухожу. Отвернись.
— С чего вдруг?
— Ну как знаешь.
Квалин ожидал, что собеседник развернется, но вместо этого он неожиданно шагнул к разведчику. Тот инстинктивно отшатнулся, но не успел, и в следующий миг Хаймс надвинулся на него. Михаил поставил блок, но тут нога существа, только с виду похожего на человека, вошла в его ногу. Сразу сделалось щекотно, по коже побежали мурашки. Квалин отскочил назад: вдруг вспомнился неожиданно пропавший в подземном сооружении Диранст и оранжевая точка на датчике. Михаил упал на пол и увидел, как тело над ним исказилось, съежилось, изменило цвет — теперь среди оттенков в нем преобладали черный и красный. Потом была вспышка, и на мгновение разведчик ослеп. А потом… потом не стало никого и ничего, будто Хаймс никогда и не появлялся здесь.
Впрочем, не совсем ничего, поправился Квалин, вставая. Там, где только что стоял чужак, на полу лежало что-то маленькое. Михаил наклонился и поднял — это оказался чип, на какие обычно записывают видео или звук. Кумбиэнского образца, но это и понятно. Разведчик нашел в скафандре проигрыватель, сунул туда чип, подошел ближе к гладкой стене и включил.
Запись пошла сразу же. Первым делом Квалин увидел человека в форме — скорее всего, это был охранник. Потом камера повернулась и показала другого, с роскошными усами и бородой — его разведчик знал хорошо. В руках он вертел стандартный лучемет — так, будто видел его первый раз в жизни. «Как тебя зовут?» — спросил он. «Ледхо, господин президент». Камера снова обратилась к охраннику. «Готов ли ты послужить во благо Кумбиэна и „Хейгорна”, Ледхо?» — «Всегда, господин президент!» — «Готов ли ты умереть ради своего президента?» — «Да, господин президент!». А теперь она показывала Хейгорна. «Так умри». Трубка лучемета вспыхнула и выдала несколько импульсов.
Недолгое время Квалин созерцал безумный взгляд главы компании, затем увидел рухнувшее на пол изуродованное тело. А потом запись закончилась. На секунду Михаилу стало дурно — перед глазами возникло залитое кровью лицо Катака. Что-то отвратительно похожее было в этих двух картинах…
Но уже в следующий миг разведчик пришел в себя. Значит, Бентиэн обещал связаться с галактической полицией, вспомнил он. Что ж, пускай, у него есть для них кое-что весьма интересное!
Ворота простирались от пола до потолка на три человеческих роста — и, если не считать размера, они были точной копией входа в бункер чужаков в пустыне Такла-Макан. Такие же высеченные на сером камне иероглифы, изображающие «Призрак», такая же едва заметная щель и такая же выемка, окаймленная красной полосой.
«Вот здесь-то вы мне и пригодитесь!» — Квалин вытащил из кармана оба ключа.
