– Этого доказательства тебе достаточно? – спросил я.
Она одарила меня полуулыбкой.
– Возможно, – ответила она. – Но я хочу услышать больше о твоих снах. Что ещё ты можешь мне рассказать?
Я глубоко вздохнул и постарался объяснить всё как можно понятнее.
– Ну, иногда мои сны – это просто случайные отрывки воспоминаний из моего прошлого, такие как игры с друзьями на детской площадке или дорога в школу. Но в последнее время они стали сосредотачиваться на тебе, Эмили.
Я помолчал, подбирая слова.
– В данный момент моё реальное тело спит в Москве, в первой половине двадцать первого века, в одной из квартир недалеко от центра города, а я сам сейчас нахожусь здесь, с тобой, в своём прошлом, – тихо сказал я, глядя Эмили в глаза.
Она смотрела на меня с недоверием и удивлением. Ей было трудно поверить в мои слова, но я чувствовал, что она хотела верить. Я же хотел убедить её в том, что она была не просто образом из моих снов, что она значила для меня гораздо больше.
Мы снова пошли вперёд, Эмили молчала, погружённая в свои мысли, и я не стал её прерывать. Просто шёл рядом, крепко держа её за руку. Прошло немного времени, прежде чем она вновь заговорила.
– Егор, чего ты ждёшь от меня? Ты хочешь, чтобы я присоединилась к тебе в твоих снах? Чтобы мы проживали те моменты, которые у нас не было шанса пережить в реальности? – спросила она, в её голосе звучала лёгкая нотка уязвимости.
Я на мгновение замялся, затем посмотрел на неё.
– Я не знаю, Эмили, – признался я. – Всё, что я знаю, – это то, что я хочу быть с тобой, будь то в снах или в реальности.
Эмили задумчиво посмотрела на меня, обдумывая мои слова.
– Это очень много значит для меня, Егор. Мне нужно время, чтобы всё это переварить. Но я готова слушать, хочу понять тебя лучше и увидеть, куда это нас приведёт, – наконец сказала она.
Я почувствовал облегчение, услышав её ответ. Это вселило в меня надежду, что, возможно, она не отмахнётся от меня, как от сумасшедшего.
– Спасибо, Эмили. Это очень важно для меня, – сказал я, улыбнувшись ей с благодарностью. – Эмили, мне нужно ещё кое-что сказать. Дело в том, что я могу проснуться в любой момент, и тогда моё тело и разум, которые сейчас разговаривают с тобой, скорее всего, не будут помнить ничего из того, что происходит между нами сейчас. Я не знаю точно, так ли это, но я хочу, чтобы ты была готова к этому. Но если я проснусь, я обязательно вернусь, – сказал я. – А до тех пор, пока это не произойдёт, я постараюсь запомнить каждую мелочь сегодняшнего дня, каждую деталь о тебе, – добавил я с лёгкой улыбкой.
Эмили посмотрела на меня сияющими от искренности и любопытства глазами, что было невероятно трогательно. Мы продолжили нашу прогулку. На улицах уже вывешивали флаги с траурными ленточками по поводу смерти Брежнева. Лёгкий прохладный ветерок шевелил листья на деревьях, наполняя воздух мягким шелестом.
Эмили погрузилась в свои мысли, возможно, пытаясь осмыслить то, что я ей только что рассказал. Однако она всё ещё держала меня за руку, и я надеялся, что это означало её готовность к любому повороту событий, который нас ждёт.
– Егор, ты действительно думаешь, что можно построить что-то настоящее, исходя из чего-то столь эфемерного, как сон? – спросила она с ноткой неуверенности в голосе. Её зелёные глаза, казалось, стали смотреть острее, словно она пыталась заглянуть в самую глубину моей души, чтобы найти ответ.
– Я не могу сказать наверняка, Эмили. Но я верю, что наша связь – это нечто большее, чем просто мимолётное ощущение, – ответил я с уверенностью, глядя на неё. – Я знаю, что наше время вместе хрупко и мимолётно, но я не могу избавиться от чувства, что в этом есть смысл, что это имеет какое-то значение. Я хочу верить, что это реально, а не просто плод моего воображения.
Эмили долго и задумчиво смотрела на меня, как будто решала, верить мне или нет. Наконец, она заметно расслабилась и медленно выдохнула. Её рука в моей слегка сжалась.
– Хорошо, – тихо сказала она. – Я готова пройти всё это вместе с тобой. Посмотрим, куда это нас приведёт. Я не знаю, возможно ли построить что-то настоящее на основе сна, но я хочу это узнать.
Её слова, словно обещание, повисли в воздухе, и я не мог не улыбнуться ей в ответ. Я был рад, что она готова исследовать наши отношения. Я знал, что никаких гарантий нет, но сам факт того, что у меня был шанс с Эмили, был для меня более чем достаточным.
И тогда случилось то, чего я больше всего боялся, – я проснулся.
Иногда странно, как человек начинает реагировать на своё прошлое. Сейчас ты сидишь и вспоминаешь свою первую любовь, первый поцелуй, первый секс. Всё это вызывает ностальгию, особенно если прошло много лет. Ты думаешь, что с твоим нынешним опытом всё сделал бы иначе. «Уж теперь я показал бы, как надо», – думаешь ты. Но, попав туда снова, начинаешь вести себя так же, как в юности.
Эти мысли пришли ко мне, когда я проснулся. На губах всё ещё ощущался вкус поцелуя Эмили из моего сна.
