Когда я вышла из ванной комнаты, Хейз мирно спал, зажимая в руке цепочку. Было чувство, что этой цепью он пытается изловить очередную добычу. Я оделась и пошла на выход из комнаты. Устроившись за столом, я продолжила сочинять отчёт, сверяясь с короткими заметками, что сделала во время поездки. Закончила я через час. Прикрепив короткую записку для Хейза, что данный опус необходимо перевести в электронный формат и отправить на такой-то электронный адрес, я улеглась на диван. Голове было прохладно, словно всё время откуда-то поддувало, отчего я время от времени зябко ёжилась. Но вскоре все эти ощущения престали меня заботить, и я крепко уснула.
Во взгляде Хейза была отрава. Она проедала меня насквозь. Он смотрел и молчал. Мрачно. Напыщенно. Жестоко. А потом ни слова не говоря, вышел за дверь. Я сидела, подобравшись, не зная, чего ждать — его слов или действий. И что чего хуже — даже не сказать с первого раза.
Примерно через полчаса в номер пришла женщина с нужным набором инструментов. Усадив меня на стул, она привела мои волосы до состояния того, что это более-менее стало напоминать нормальную стрижку.
Хейз, когда вернулся, больше не разговаривал со мной. И даже, более того, делал вид, что я не существую. Отчёт со стола исчез. И по короткому звонку, что состоялся тем же вечером, стало понятно, что генеральный получил его незамедлительно.
Вечер. Ночь. Следующее утро и день. Часы текли. Я была предоставлена сама себе. Хейз большую часть времени отсутствовал, а если и был, то старался не замечать меня. Во мне затеплилась надежда, что, возможно, скоро все мои неприятности разрешатся сами собой. До этого Хейз неоднократно озвучивал, насколько я непривлекательна для него, как девушка и что он привык к другим внешним данным. А теперь, когда я планомерно начала счищать с себя остатки того, что могло хоть как-то восхитить, он, скорее всего, разочаровался полностью. Я бы и брови сбрила и нос проколола, если б это помогло. Но, прежде чем прибегать к таким кардинальным мерам, стоит обождать реакции Хейза, когда первое впечатление от моего вида пройдёт.
Вечером Хейз взял меня с собой за компанию. Я предпочла бы остаться в номере, но он моим желанием, как всегда, пренебрёг. Приехали мы в какой-то пафосный клуб, где всё — от обивки мебели до напитков в баре — пылало роскошью богатой жизни.
Мы сидели в небольшой, огороженной цветными витражами части, когда к Хейзу за стол, плюхнувшись бесцеремонно на стул, пришёл слащавый тип.
— Я слышал, ты пару целочек искал?
— Да.
— У меня есть на примете и вполне готовые продать свою девственность в одни руки.
— Отлично. Вези их ко мне. Компенсация за труды соразмерна их фигурам.
— Лады, через пару часиков у тебя.
— Договорились.
Незнакомец ушёл.
— Мне твоя вагина уже приелась. Так что не обессудь, — произнёс Хейз, лишь мельком взглянув на меня.
Я ничего не ответила на это, с аппетитом поедая блюдо.
Час спустя, когда Хейз ушёл перекинуться с кем-то из знакомых парой тройкой слов, ко мне подсел тот самый тип.
— Ты вроде шлюшка ничего. Сколько за ночь берёшь?
— Спроси у Хейза.
— Ты что, себе цену не знаешь?
— Цену устанавливает Хейз.
— Да он баб своих, направо и налево раздаёт и продаёт. Тем более таких заезженных, как ты. Небось достать из тебя свой перстень не может, вот и таскает за собой, пока ты его не срыгнёшь.
При последних словах его руки жадно полезли под юбку и блузку.
— Давай крошка, иди к папочке, я пощиплю тебя за грудки.
Я попыталась встать из-за стола, чтоб отстраниться от него, но парень был крепко сбитый.
— Да не ерепенься ты, что в первый раз что ли!
Я попыталась оторвать его руки от себя.
— Да какого хера, ты строишь из себя! — он резко встал и отвесил мне оплеуху.
Учитывая, что я и так шатко сидела на стуле, пытаясь сбежать из зоны его рук, то этот удар, добил остатки устойчивости и я полетела на пол, впечатываясь в паркет.
Парень быстро сориентировался и придавил коленом, хватая за шею.
— Запомни, кто здесь хозяин, сука! Ты мне ещё задницу облизывать будешь!
Я плюнула ему в лицо. Он схватил меня и потащил за собой.
— Сейчас я тебе устрою, показательные смотрины! — гневно выпалил он.
Я опомниться не успела, как оказалась на задворках клуба, где тут же была вжата в кирпичную стену, ещё влажную от дождя, что прошёл недавно.
— Раздвинь ноги и молись, чтоб мне понравилось!
— Да пошёл ты! — выпалила я, пытаясь извернуться.
Он бросил меня на землю и тут же навалился сверху.
— Падла! Сейчас я тебя научу хорошим манерам!
Одна его рука закрыла мне рот, а другая полезла под резинку трусов, сдавливая до боли складки естества. Я беззвучно заверещала.
— А! Какого?! Нравится?! Сейчас я тебе покажу, почём фунт лиха!
Его пальцы зашли внутрь, раздирая кожу. Сознание начало утрачивать связь с реальностью. Я забилась под ним, стараясь не поддаться эмоциям. А потом поняла, что делаю только хуже и резко замерла. Мужик обрадовано начал суетиться с застёжками ремня.
— Ну вот видишь. Можешь ведь, когда захочешь.
