Девушка закричала. Страг молча выбросил вперед кулак. Одного утопленника отбросило. Второй попытался схватить, но поединщик увернулся, снова ударил. На него навалились сразу оба. Он боднул головой, принялся вырываться. Наконец железная хватка ослабла. Он крутился, нырял мертвякам под руки. Его кулаки находили цель. Мертвяки отшатывались, но атаковали снова и снова.
– На помощь!! – закричала Миранда. – Сюда!!
Утопленники уже схватили Страга, тот казался попавшей в капкан птицей, что тщетно бьется изо всех сил. У него рассечена губа, на скуле алеет кровоподтек.
Наверху показались люди. Селяне с праздника урожая! Миранда бросилась к ним, но вдруг остановилась как вкопанная. Ахнула, лицо побледнело.
С берега к воде спускается дюжина… полуразложившихся трупов. Рубахи на них расшиты узорами. Ткань ветхая, с дырами. Ветер донес сильный запах гнили. Лица в пятнах плесени, вместо глаз – сплошные белки. Миранда закрыла рот ладонью, сдерживая рвотный позыв.
Под отвратительный хохот мертвяки подняли их над головами и потащили наверх.
Несколько мертвяков крепко держат Страга, пока еще двое связывают руки и ноги. В ход пошли порванные на полоски рубашки, они стягивают запястья не хуже веревок. Извернувшись, он увидел, что с Мирандой делают то же самое. Хуже всего, что секиру отобрали, и даже если как-то избавиться от пут, отбиваться будет нечем. Леомун болтается на груди под рубахой. Но поединщик не возлагал на амулет особых надежд – если там и был запас энергии, то он уже мог иссякнуть.
Их бросили на траву рядом со связанным Гвином.
В пяти шагах пылает костер. Гном был в ярости. По лицу и кровоподтекам заметно, что он сопротивлялся изо всех сил.
Поединщик обвел мертвяков взглядом – пара дюжин. Ровно столько, сколько было селян на празднике. Блики огромного костра танцуют на их тронутых плесенью лицах.
– Немедленно отпустите нас! – потребовала Миранда, вновь превратившись в ту суровую и надменную княжну, какой была в самом начале путешествия. – Если вы причините нам зло, то долго будете об этом жалеть!
К ней подошла высокая женщина… по крайней мере, этот восставший мертвец когда-то ей был. Присев подле княжны, она спросила:
– Почему? Что вы
– Мой спутник – сильнейший маг! – Она быстро глянула на Страга. – Если вы посмеете тронуть кого-то из нас – он вас испепелит! – Миранда оглядела мертвяков. – Всех до единого. До рассвета вам не дожить. Так что лучше отпустите нас с миром!
Вперед, растолкав других, вышел громадный мертвяк. Глядя на него, Страг тихонько присвистнул. Здоровяк на голову выше поединщика, в плечах – косая сажень. Должно быть, при жизни был отменным бойцом.
– Это кто здесь сильнейший маг? – проревел он.
– Да вот, Джарк, – сказала мертвячка, уперев руки в бока, – кто-то из этих дохляков! Надо же – маг! – Она хрипло расхохоталась.
– Сейчас разберемся, Кларисса. – Здоровяк Джарк шагнул к Гвину. – Ты, что ли, маг?
Гвин хмуро молчал. Потом плюнул мертвяку в лицо. Тот спокойно вытерся.
– Нет, вряд ли. Это обычный воин, маги так плевать не станут. Они культурные. Уж я повидал. – Он посмотрел на Миранду. – Скажу по секрету – я при жизни сам был магом, так что отличу!
– Значит, остался только этот, – оскалила зубы Кларисса, кивая на поединщика. – Начнем с него! Скоро наступит затмение! Уже неделю крови не пила, в желудке сосет! Все полевыми мышами перебиваюсь!
– Погоди, Кларисса! Нельзя допустить, чтобы какая-нибудь мелочь нам все испортила. – Джарк подошел к Страгу, присел рядом, всмотрелся. – Этот тоже не маг. Но девчонка явно говорила с уверенностью.
– И что?
– А то, что если не маг, то у него какой-нибудь амулет! – огрызнулся мертвяк.
Протянув к поединщику ладони, но не касаясь его, принялся водить ими вверх-вниз.
«Только не хватало потерять леомун!»
Страг попробовал пошевелить за спиной руками и разорвать тряпки. Странно, но эти лоскуты рубах оказались прочнее веревок.
На небо высыпали звезды, вышла луна. Ярко горит костер в человеческий рост. У поединщика было плохое предчувствие – разве только леомун немедленно их выручит. Других вариантов просто нет. А ведь до Золотого Талисмана осталось всего ничего.
Страг попробовал мысленно обратиться к леомуну, словно к живому существу, попросить вмешаться, как тот вмешивался и вытаскивал из неприятных ситуаций раньше. Но ничего не происходило.
Джарк тем временем задержал ладони у него перед грудью, полуразложившиеся губы расползлись в довольном оскале.
– Давай показывай, что у тебя, – рявкнул мертвяк и добавил с сарказмом: – Маг!
Рубаха затрещала, разрываясь под его пальцами. Джарк сорвал леомун вместе со шнурком. В его руке амулет ярко вспыхнул и тут же погас.
– Смотри, Кларисса, я же говорил – амулет! Причем такие носят только эльфы!
– Что-то на эльфа он непохож. Разве что ушами немного. Видать, снял с трупака.
