Школа, в которой меня больше нет, как и друзей моих, потому что они её закончили, подарила одного друга, не приятеля, а друга. Это был единственный и близкий человек, с которым держал связь стабильно. С остальными мы молча разошлись, оставшись лишь в приятельских отношениях. И хоть мы виделись не часто, даже сказал бы крайне редко, в связи с тем, что он уехал в колледж, то связь оставалась нерушимой. И, возможно, это держит меня на плаву. Бен и Мэри – моя связь с прошлым, отличным прошлым. И я так боюсь их потерять. Потому что тогда я потеряю себя. Того себя из прошлого, которого и так почти нет.
Я не рассказывал ему, что на эти вылазки подбила меня Сара. Да и в целом про нее не говорил. Совсем не вижу в этом смысла.
По факту я не врал. У меня никого нет и не будет из Американ Лигл. А Бен всегда увлекался наукой и был реальным ботаником, которого не волновала ни одна девица, крутящая задницей рядом с ним. Но мне нравится, что он дал шанс личной жизни не порасти мхом девственности.
Точно также сказала Сара, когда привезла меня в этот бар впервые. Вероятно, я и правда зря загоняюсь по поводу протеза, но тем, кто его не имеет, понять меня будет сложно. У них ведь две настоящие руки, в каждой из них бежит кровь, и обе ощущают чужое тепло, прикосновения. А я нет.
Таксист остановил машину рядом с вывеской. Не думаю, что Бен расстроится, если я отвечу ему пятью минутами позже.
Зайдя в бар, я сразу направился к кассе, чтобы не засиживаться просто так.
Пиво, общение с лучшим другом, помещение вне школы. Что может быть лучше?
Возможно, только приход Сары сюда, в чем очень сомневаюсь. И то не уверен, что хотел бы этого. Не сегодня по крайней мере.
– Темное нефильтрованное, – запросил я.
– Сейчас будет, – ответили мне.
Я пока вернулся к переписке с Беном. Я был очень рад приезду друга, хоть пару дней не буду одиноким в своей новой жизни и смогу побыть Джеем из того рокового года.
– Ваше пиво, – высокий мужчина с уже отросшей бородой поставил бокал с темным напитком передо мной.
Я взял его и направился к свободному столику, за которым находился выход. Он был не такой уютный и томный, как в день, когда мы были здесь с Сарой, но и на одного меня сойдет.
В момент, когда я сел за стол меня окликнули. Я обернулся и удивился слегка, не ожидая увидеть тут их.
Чед и Веро́ника помахали мне.
– Неожиданно, – сказал я, развернувшись к ним.
– Думал, что мы такие задроты, что сидим только в комнатах под настольной лампой?
Так и есть. Хотя у меня под носом пример Бена. Тот, конечно, был против, чтобы строить отношения, но тусовки всегда приветствовал и успевал находить время.
– Если честно, да… Извините, я мыслил как-то уж слишком примитивно, – усмехнулся я. – Просто мне казалось, что бар – это стихия Сары. Она здесь может и математику подтянуть, и поговорить, и просто пива выпить.
Стало неловко. Тривиальность мышления насчет умных ребят, любящих просто учиться, затмила мой разум, говоря, что такие подаются в монахи и кроме чая с ромашкой и каши в рот ничего не берут.
– Плевать, – махнула Веро́ника, – будем считать, что ты просто переобщался с людьми, которые всех делят на касты.
А таких и правда много в Американ Лигл. Хотя я совру, если скажу, что в моей старой школе такого не было. Тоже были такие ребята, и не мало.
– Да, согласен. Так и было, – я в ответ улыбнулся.
– Мы тут по проекту для литры сидели, но уже всё закончили. Можешь присоединиться к нам, если ты, конечно, хочешь, – предложил Чед, подняв стакан с пивом.
– Почему бы и нет? – я переставил свой бокал на их стол и сел напротив.
– Тебе Сара бар показала? – спросила девушка. Я кивнул. – Место хорошее, особенно тем, что продают алкоголь от шестнадцати лет. Хоть и нелегально.
– Да, – согласился Чед, с нежностью посмотрев на Веро́нику, – раньше часто ходили сюда компанией.
– Еще Хантер первый раз с нами был, помнишь?
Никакого Хантера я не знал, скорее всего, его уже и нет в Американ Лигл. Однако это интересно. Мне в принципе интересно всё, что связано с Сарой. А это её компания, так что… Я слушал внимательно.