Если не будет куба – придется придумать какой-то другой способ избежать расстрела охранными коптерами. Может, создать подобное устройство. Однако на это потребуется время, а с каждым лишним днем, проведенным в Огневе, вероятность быть пойманными только увеличивается.
Из-за дождя на улицах было не так много народа. По бетонному полотну к сливным отверстиям текли ручейки, и редкие прохожие в непромокаемых плащах шлепали прямо по ним. В это время суток одни возвращались домой после дневной работы на одном из заводов, другие только готовились заступить на ночную смену. Под козырьком у входа в бар жались люди, они все глядели вверх, на огромную проекцию на стене высотки напротив. Хмурые и даже сердитые лица. Ив тоже поднял голову, прислушался. В городе с таким количеством фонового шума учишься не обращать внимания на рекламные объявления и новостные трансляции, которые целыми днями гоняют по кругу, пока от однообразия не начнет тошнить.
Сквозь шум дождя доносился бодрый голос диктора:
– В этом году мэр Карина празднует свой сто четырнадцатый день рождения! В честь праздника в городе организуют гуляния. На площадях будут оборудованы танцевальные площадки. В планах живая музыка и красочные инсталляции. Празднование продлится неделю и завершится традиционным салютом. Не забудьте линзы дополненной реальности: пользователей данных девайсов ждёт потрясающее виртуальное шоу! А если у вас до сих пор нет линз…
Ив собирался двинуться дальше, как пьяный возмущенный возглас из толпы у бара привлек его внимание. Растрёпанный, хорошо подпитый мужик разговаривал со своим приятелем, но слышно было всем.
– Сто четырнадцать! Нет, ты слышал? Похоже, мэр собирается жить вечно!
Стоящие рядом зашикали на него, но мужику явно лишняя бутылка не пошла на пользу.
– А знаешь, сколько было моей матери, когда она померла? Сорок два! Рак лёгких, так-то. Город не выделяет денег, чтобы лечить таких, как мы. А бате тридцать девять было. Лет через десять и мне в печь, если не раньше. Разве это справедливо?
– Да тихо ты, придурок! За такие слова…
– Какие? Что средняя продолжительность жизни простых работяг, как я, – лет пятьдесят? Что мы не можем позволить себе даже самую малость? Что дохнем, как крысы в канавах, от первой попавшейся заразы, пока эти наверху каждый год меняют убитую вхлам постоянными пьянками печень?
Пора валить, подумал Ив. Опасно находиться рядом с такими типами. Это понимали и остальные: люди с улицы толпой поспешили в бар, пока пьяный мужик продолжал выкрикивать недовольства, а приятель безуспешно пытался его заткнуть. Когда они попытались зайти в бар, горластого не пропустили. Толкнули обратно под козырек, мужик споткнулся, не устоял на ногах и так и остался сидеть на ступенях.
Прежде чем свернуть за угол, Ив заметил, как двое в черном приблизились к недовольному, подхватили его под руки и потащили куда-то. Вот и все. И никому от его речей лучше не стало.
На браслете высветился входящий вызов, и через секунду из наушника раздался голос Авроры:
– Нашла твой куб в какой-то мастерской, там несколько столов с оборудованием и инструментами. Там собирают протезы.
– Понял, где это. А можешь глянуть, где сейчас Тощий? Не хотелось бы с ним встретиться.
– Секунду. Нет, на камерах его не видно.
Значит, либо босса нет на базе, либо он в личных комнатах, в которых не установлены камеры. Ив кивнул сам себе, сказал:
– Хорошо. Сообщи, если он появится, – и отключился.
До базы оставалось несколько десятков метров. Над землёй это был один из заводов по переработке. Широкое здание в семь этажей с торчащими из крыши огромными трубами. Под зарешеченными окнами въелись в бетонные стены черные потёки, стекла покрыты копотью изнутри. Здание вплотную прилегало к стене. Территорию ограждал глухой бетонный забор с натянутой сверху проволокой под напряжением. Зайти и выйти можно было только через блокпост.
Ив приблизился к двери, снабженной устройством распознавания, встал напротив глазка камеры. Система просканировала его лицо, сверила по базе данных работников – и дверь открылась. С замиранием сердца он проскользнул на территорию завода. Огромные гидравлические ворота, предназначенные для приема отходов и закрытые в это время, освещались двумя мощными фонарями. Рядом в стене была дверь нормальных человеческих размеров – для персонала. Она не закрывалась, чтобы работники в любое время могли прийти на базу и уйти. Ив толкнул ее. В тускло освещённом коридоре дежурил охранник в черном. Он встрепенулся от звука, опознал в пришедшем знакомое лицо и кивнул. Ив, не снимая капюшона, кивнул в ответ. Чаще всего этим и ограничивалось его общение с остальными людьми Тощего.
