«Во время одного из переходов полка был следующий случай. Никто ничего не замечал, и колонна двигалась вперед.
На одной из повозок ехал молодой красивый боец, держа за поводок овчарку, которая то и дело быстро переводила свой проницательный взгляд с одного куста на другой, водя своими ноздрями то в одном, то в другом направлении.
Собака вдруг забеспокоилась. Это был сигнал, говорящий о том, что вблизи кто-то скрывается. Собаковод, заметив беспокойство своей собаки, доложил об этом капитану. Последний не успел даже спросить, в чем дело, как длинная очередь нарушила утреннюю тишину. Собака, сидевшая рядом с веселым бойцом, стрелой бросилась с повозки и, сердито зарычав, начала огибать втихомолку огневой куст. Молодой боец бросился с автоматом наперевес за собакой.
Прошло пять тягостных минут ожидания, никто не говорил, не звенело оружие, даже лошади как будто притаили дыхание. „Смотри!“ крикнул чей-то резкий голос, и мы увидели: на дороге впереди катилась какая-то черная конка, в которой мелькали людские ноги и собачий взъерошенный зад.
Три бойца бросились на помощь, изготовляя на ходу оружие. Собака тащила огромного немца в разорванном вдребезги мундире. Остальных двух немцев охранял вожатый, их тут же связали, а молодому вожатому перевязали рану, и он, улыбаясь, ласково глядя на собаку, сказал: „Нет вернее друга, чем это существо“.
Случай этот произошел уже 18 мая 1945 г., то есть после войны с Германией, а молодым бойцом был вожатый Волков со своей собакой Джульбарс».
3. Из воспоминаний командира 3-го батальона 2-го ОП ДСС майора В. Е. Иваницкого:
