«Думается, вполне можно утверждать, что не буква, а дух и содержание этого документа очень сильно способствовали морально-психологическому духовному перелому в умах и сердцах всех, кому его тогда читали (а приказ № 227 читали во всех войсках, во всех их подразделениях), кто держал в те дни в своих руках оружие, а значит, и судьбу Родины, да и не только Родины — человечества.
Дело даже не в тех крайних мерах, которые предусматривались этим приказом, а в его содержании, сыгравшем громадную роль в деле создания такого перелома».
Надо отметить, что воспитанники Центральной школы с честью выполняли требования приказа № 227, военной присяги, которую они дали на верность Родине.
Да, для приказа № 227 особых, литературных слов не подбирали. Но где вы видели приказы, написанные словами Пушкина, Баратынского или Фета? Приказ — это особая форма общения, это способ заставить, принудить, подчинить, поднять на смерть, победить.
Как тут не вспомнить великое произведение «Слово о полку Игореве», эту, может быть, самую первую нашу воинскую повесть, страстно призывающую к единению перед постоянной внешней угрозой:
«И сказал Игорь дружине своей: „Братья и дружина! Лучше убитым быть, чем пленным быть; так сядем, братья, на борзых коней…“»
… Начались упорные бои под Сталинградом, а затем и за каждую улицу, за каждый дом легендарного города. Вся страна, весь мир следил за этой борьбой, затаив дыхание. Люди ложились спать и просыпались с мыслью о Сталинграде, который стал символом мужества и несгибаемой воли нашего народа и его армии.
Военные собаководы рвались на фронт и прежде всего на помощь городу-герою, они засыпали командование школы докладными с просьбой послать их туда. И начиная с 20 июля на разные фронты пошли один за другим отряды противотанковой службы под командованием старших лейтенантов Шишова, Кунина, Орехова, Подстрижных, Кривенко, Донского и капитана Черных. Все это потребовало дополнительных мер и от военного собаководства.
Центральная школа наращивает свои возможности и направляет на фронт, в соответствии с директивой Генерального штаба:
— 20 июля 1942 г. — 27-й отдельный отряд собак — истребителей танков на Воронежский фронт (командир отряда — лейтенант Шишов);
— 11 августа 1942 г. — 28-й отдельный отряд собак — истребителей танков на Сталинградский фронт (командир отряда — старший лейтенант Кунин);
— к 17 сентября 1942 г. выделяется личный состав, старший, средний и младший командный состав, а также подготовленные собаки на новые формирования — 33-й, 34-й, 35-й, 36-й, 37-й и 38-й отдельные отряды собак — истребителей танков, по штату № 012/4, командирами назначаются соответственно: старший лейтенант Орехов, капитан Заводчиков, старший лейтенант Черных, лейтенант Подстрижных, лейтенанты Кривенко и Донской;
— 22 сентября сформированы 30-й, 31-й и 32-й отдельные армейские отряды связи по штату № 014/48.
Сотни носителей истребительной техники повезли на фронт живые мины, которые они опытной рукой должны были направить в гущу танковых колонн врага. Наши истребители на этот раз были подготовлены к борьбе с бронированными чудовищами лучше, чем раньше. Они хорошо владели не только искусством управлять собакой, но и автоматом, и гранатой, и бутылкой с зажигательной жидкостью. Не тем, так другим способом, но вражеский танк должен быть уничтожен.
Школа провожала лучших из лучших своих бойцов на фронт товарищеским напутствием, прекрасно выраженным в приказе начальника школы № 25 от 17 сентября 1941 г., вот что говорилось в этом приказе:
