- Вы не волнуйтесь, я за все заплачу! - Селистенка затараторила, как сорока на заборе. - И за еду, и за питье, и за испорченный стол. А дуб сам вырос, ну почти сам. Мы сидели, а он вдруг как попер, может, я соус томатный на это место капнула.
- Ну если бы соус, тогда помидоры бы выросли. Да ладно, девочка, ты особо-то не переживай! Если вдуматься, то это я тебе приплатить должна.
- За что? - Глаза боярышни округлились.
- Так я за ужин в этом зальчике буду теперь вдвое больше брать! За такое чудо надо платить. Жалко только, что у дубка кора немного поцарапана, но это ничего, заживет.
- Говорил же тебе, что я почти гений! Смотри, из любой истории выпутаться могу. Ик. А кору ты действительно зря поцарапала. Ик!
- Как только выйдем отсюда, я тебе припомню и поцарапанную кору, и мои косточки.
- Косточки-то здесь при чем, лично мне они как раз нравятся. Ик.
- Так, значит, вы ко мне не в претензии? - Селистена все-таки хотела сперва разобраться с хозяйкой. Наверное, чтобы потом не отвлекаться на мелочи.
- Все в порядке, заходите еще. И балбесу Даромиру привет передай.
- Не сомневайтесь, он ваши слова услышит. До свидания!
- Всего хорошего.
Чей-то они меня балбесом считают? Да у меня незаконченное высшее колдовское образование. Я о-го-го! Ик, ик. Дурацкая икота, даже не знаю, с чего это вдруг разыкался, - надо срочно водички попить. И под удивленным взглядом Матрены я с удовольствием допил оставшуюся медовуху и выскользнул в приоткрытую дверь.
Свежий воздух набросился на меня, как холодный водопад на сухую лощину. Я почувствовал несказанный прилив сил, сейчас бы с тигром побороться. Тут кто-то нагло толкнул меня. Не понял, кто тут такой смелый? Смелым оказался большой бродячий пес с очень хмурым взглядом, уставившийся на меня. Но не больше меня, конечно, и уж, конечно, не такой ухоженный, но, в общем, не маленький.
- Парень, ты чего наглеешь, места, что ли, не хватает?
- Р-р-р, - отозвался наглец.
- Не понял, ты на кого тявкаешь, по холке давно не получал?
- Р-р-р...
Рычание становилось все серьезнее. И чего это он так раздухарился, я же его одной лапой прибью.
- Даромир, не связывайся, пошли домой, - прорезалась Селистена.
- А че он? Я тихо, мирно вышел подышать свежим воздухом, а он толкается!
- Р-р-р!
- Ты на кого тянешь? Пасть порву, бибики почпокаю, хвост откушу!
Я решил все-таки наказать наглеца и пошел на него. На самом деле это даже неплохо, что здесь появился этот пес, и уж тем более приятно, что первым начал не я. Что может быть лучше хорошей драки после сытного ужина и медовухи? Правильно, ничего. А так я белый и пушистый, мухи не обижу, пока на меня не наедут. Вот подерусь маленечко, и баиньки.
Но тут в меня мертвой хваткой вцепилась Селистена:
- Даромирушка, пожалуйста, пошли домой.
- Он первый начал! - упрямо повторил я и сделал еще один шаг.
Селистена, конечно, повисла на мне, но, естественно, с нулевым успехом. Уж ежели я чего решил... Но боярышня оказалась настойчивой:
- Даромирушка, ну пожалуйста, ну ради меня, пойдем домой, а?
Ох, что она со мной делает? Я, как человек благородный, не могу отказать женщине, тем более такой милой.
- Ладно, уговорила. - Я повернулся к хозяйке и уже через плечо бросил лохматому: - Живи пока, скажи спасибо, что я с дамой!
Сзади повторилось злобное рычание, и, кажется, не одной глотки, похоже, день перестает быть томным. Потом зацокали когти, причем явно в нашем направлении. Когда я обернулся, сразу стало ясно, почему псина была такой наглой. Рядом с ней пристроились две таких же клокастых. Те же злые глаза, те же оскаленные пасти. Что ж, шпана найдется в любом месте, и, конечно, я, вычесанный, чистенький, сытый, да и, чего греха таить, пьяный, подействовал на этих жителей городских помоек как красная тряпка на быка.
Ну, ребята, извиняйте, я не виноват, что меня тяпнул за ногу именно домашний пес. Я свою новую оболочку не выбирал, но, честно говоря, к ней привык и никому не позволю попортить эту чудную шкуру. Я вам покажу, чего стоит профессионал в бою с дворовой шпаной. Наваляю этим хулиганам по первое число.
- Тяв, тяв, тяв!
Из подворотни выбежала мелкая, кудрявая, как баран, шавка и принялась яростно меня облаивать, впрочем стараясь не попасть в пределы досягаемости моих зубов. Каюсь, всегда терпеть не мог маленьких собачек. Это же не пес, а недоразумение, причем с мозгами такого же размера, как и тщедушное тельце, то есть их практически нет.
- Тяв, тяв, тяв!
Я же говорил! К тому же такие шавки практически все пустобрехи. Вона как заливается.
- Ну что ты там жмешься, овца нестриженая? Подойди поближе.
Селистена вцепилась в меня и изо всех сил потащила домой. Эх, жалко, я бы все-таки с удовольствием подрался, энергии, знаете ли, накопилось за день, надо бы выпустить. Да куда там, рыжая если прилипнет, то уж точно ни за что не отцепится. Что ж, буду приличной собакой и пойду домой... Нет, ну что она со мной как с дитем малым, у нас тут чисто мужские разборки!
- Солнышко, ну дай я им пасти начищу, я быстренько - раз, два и готово. Ну честное слово, лапы чешутся, как хочется наказать нахалов.
