Собака тоже человек! полностью

— Лаской, только смирением и лаской. И потом, у меня такой охранник, что Фролу с Федором до него как мышке до шишки.

Я гордо вздернул нос, сверкнул на солнце серебряными шипами, и мы твердой поступью направились к воротам.

Путь до чудесного местечка с прелестной едой мы преодолели всего минут за десять. Если бы не вредная Селистена, которая всю дорогу придумывала отмазки, чтобы не пойти со мной, то дошли бы еще быстрее. Лично меня лапы так и несли в обожаемое мной место.

А вот и до боли знакомая вывеска с дородной дамой. Вот как жизнь повернулась: вроде совсем недавно я перешагнул порог этого славного заведения как красивый, обаятельный, в меру доученный колдун. А возвращаюсь… Нет, конечно, красота и обаяние остались при мне — тут уж что есть, то есть, — но шерсти на мне за время отсутствия слегка поприбавилось.

— Дарюша, пойдем лучше домой, а? — проныла неугомонная Селистена.

— Еще раз назовешь меня Дарюшей, укушу без всякой жалости. Я — Даромир, и никак иначе. А что касается похода в кабак, то раньше надо было сопротивляться — мы уже пришли.

— Так я же сопротивлялась!

— Да? А я и не заметил. Но не возвращаться же назад.

Опережая возражения, я толкнул лапой дверь и вошел внутрь. Моей спутнице ничего не оставалось, как последовать за мной. Ох уж мне эти комплексы. Вроде уже совершеннолетняя, а по кабакам ходить боится.

С тех пор как я был здесь в последний раз, в зале ничего не изменилось. Хотя что могло измениться за несколько дней? Только моя жизнь.

Из кухни навстречу посетителям вышла женщина-гора. Я был настолько рад видеть Едрену-Матрену, что даже приветственно тявкнул.

— Прошу прощения, но с собаками вход воспрещен! — Раскатистый бас огласил округу.

Ну вот, и здесь ущемление прав четверолапых, от Матрены я такого не ожидал. Ну а что моя каштановая спутница? Ага, так и есть. При виде хозяйки трактира испугалась, голову в худосочные плечики вжала, глазенками хлопает. В общем, полный комплект. Странная она какая-то: балбеса Демьяна не боится, а милейшую хозяюшку испугалась.

— Ты не стой столбом, поздоровайся хотя бы.

— Э…

— Хорошее начало, но теперь, пожалуйста, словами в вслух.

— У…

— Отлично, ты все буквы из алфавита перечислять будешь или только гласные?

— Девушка, повторяю, с собаками ко мне в заведение нельзя. — Матрена с улыбкой смотрела на нас, терпеливо ожидая хоть какой-то реакции.

Надо срочно выводить из ступора боярышню, а то хозяюшка осерчать может.

— Слушай, рыжая, ты говорить собираешься?

— Я не рыжая, я…

— Да помню, помню. Солнечная, может, все-таки поздороваешься?

— Когда выйдем отсюда, ты получишь за все.

— Договорились, но только откушав несравненной Матрениной стряпни.

— Здравствуйте, — наконец-то заговорила Селистена.

Ну что ж, лучше поздно, чем никогда.

— Здравствуйте, — культурно ответила хозяйка.

Золотая женщина (я имею в виду не цвет, а характер), я бы уже ругаться начал, а она до сих пор голоса не повысила.

— Можно у вас перекусить?

— Конечно, но песик пусть подождет снаружи.

— И что мне теперь делать?

— У тебя что, от страха фантазия отключилась?

— Вопросом на вопрос отвечать — это не по-русски.

— А тормозить при малейшей проблеме — по-русски?

— Ну держись!

— Ой, боюсь, боюсь. Ну прояви смекалку, наплети ей что-нибудь.

— Я не умею врать.

— А не надо врать, надо просто не говорить правду.

— А разве есть какая-нибудь разница?

— Огромная.

— Я попробую.

— Именно такой я вас и представляла. Даромир так много о вас рассказывал.

— Даромир? — Голос горы заметно дрогнул. — Ну и где шляется этот балбес? Как вышел на полчасика, так уже несколько дней нет. Даже вещи свои не забрал

— Вы совершенно точно заметили, он действительно полный балбес.

— Эй, ты не увлекайся!

— Не мешай.

— Еще какой, но малый он добрый, и я сразу к нему привязалась. Где он шляется-то?

Молодец Матрешка, в корень зрит!

— Он вынужден был в большой спешке уехать, так что даже не успел зайти попрощаться.

— Небось набедокурил и от княжеской стражи сбежал? Да ладно, ладно, подробности мне без надобности, ничего плохого он натворить не мог. А если по дури в историю влип, так я в него верю — выкрутится.

— Точно, именно по дури. Но надеюсь, что все будет хорошо. Уезжая, он просил обязательно зайти к вам и поблагодарить за все хорошее.