Я вздохнул, приготовившись потерять кучу времени на воспоминания о детских годах черепахи. Но она неожиданно сообщила:
– Мой бывший мальчик попал к вам в заповедник. А сегодня он сбежал за ограду. И теперь ему нужна твоя помощь, чтобы вернуться.
– Мальчик? – я не сразу понял, о чём речь.
– Вы его, кажется, Маугли назвали.
Я в удивлении уставился на пожилую даму:
– Откуда ты знаешь?
– Мальчонку? Жила у него в аквариуме. Он сам, понятное дело, в аквариуме не жил. В квартире жил. А я в аквариуме у него в комнате. Потом, помню, заснула. А когда проснулась, никого уже не было.
– Да нет! – воскликнул я. – Откуда знаешь, что он сбежал?
– Сорока на хвосте новости принесла, – черепаха дёрнула головой и попросила: – Сорви мне вон тот листик. Уж больно он аппетитный.
Я послушно спрыгнул со скамейки, зубами сорвал первый попавшийся лист росшей в палисаднике мелиссы и положил перед старушкой.
– Кажется, не тот, – закапризничала она, откусив кусочек. – Тот был крупнее и мясистей. Бодрит, конечно. Ментол есть ментол. Но удовольствия меньше.
– Так что там с Маугли? – я в нетерпении расхаживал из стороны в сторону перед перекусывающей собеседницей.
– С Андрюшкой, что ли? – черепаха отодвинула от себя лист и подняла на меня взгляд. – К автовокзалу рванул.
– Зачем? – я чуть не подпрыгнул от удивления.
– Ну, не знаю, – моя собеседница сбросила моё подношение с лавки. – Может, уехать куда хотел. Он же наверняка помнит, зачем все эти автобусы были нужны.
– Хочешь сказать, что вирус не повлиял на его память? – усомнился я. – Но я же видел его на Территории. Он не разговаривал, не подавал признаков разума. Может, просто что-то напугало его? Такое бывает. Кто-нибудь периодически устраивает переполох. Мог и спровоцировать мальца.
– А ты давно его видел? Вы, как я знаю, в основном к своему дяде Фёдору ходите. С остальными не слишком-то контакт поддерживаете. Это понятно. Их много, а вас, защитничков, с гулькин нос. Но было бы неплохо следить за пациентами. Ведь разбегутся – потом замучаетесь собирать.
Здесь черепаха была права. Мы чаще всего просто приносили всё необходимое. Гуманитарную помощь, как называл это Хуа. Следили, правда, чтобы при делёжке не было драк. Но, по большому счёту, за обитателями человеческого заповедника не следили, считая, что достаточно обеспечивать их безопасность от внешнего мира.
– В любом случае, – продолжила черепаха, – мальчугану нужна твоя помощь. И чем быстрее, тем лучше.
– Ладно, – я кое-как подцепил очки и засунул их в нагрудный карман халата. – Сейчас позову парней, и мы пойдём его искать.
– Нет, – черепаха так яростно дёрнулась, что ударилась панцирем о спинку лавки. Звук почему-то показался мне зловещим. – Не нужно никого привлекать к этому делу. Поверь мне. Нас троих будет достаточно.
Я вздохнул. Намечалось какое-то сомнительное предприятие.
– Так что, ты будешь бежать рядом и показывать дорогу? – хмыкнул я. – А если мы столкнёмся с дружками Фрэди, ты напугаешь их своим кашлем?
В этот миг к нам подлетела какая-то мелкая птаха. Воробей, что ли. Не разбираюсь в них. На голове у этого существа возвышалась лихо заломленная на правый бок малиновая кепка. Не такая, как у Хуа. Какая-то более высокая. Кажется, картузом называется. Кроме этого головного убора ничто не выдавало его принадлежности к мыслящим созданиям. Даже речь его показалась мне бессвязным щебетанием.
– Помедленнее, Свифт, – остановила его черепаха. – Чётче и медленнее. Иначе мы ничего не поймём.
Но птаха и не думала униматься. Она порхала вокруг и продолжала безудержно чирикать. Потом присела на миг рядом с черепахой, безнадёжно, как мне показалось, взмахнула крылом, а потом снова взмыла в воздух и устремилась прочь.
– Скорее! – повысила голос черепаха. Ну, насколько смогла. – Клади меня в карман и дуй за Свифтом!
И почему я послушался? Сам не пойму.
Правда, при попытке положить старушку в карман вышла неприятность. Она выскользнула из моих лап и больно стукнула панцирем по левой… ну, чтобы не повторяться, ноге. Я взвизгнул, отскочив в сторону.
– Мы, вроде, не собирались играть мной в футбол, – обиженно проговорила черепаха, выглядывая из кустов. – И как ты, такой криворукий, только доктором работаешь?
– Я не криворукий, – проворчал я, кое-как пристраивая её в боковом кармане. – У меня, вообще-то, лапы. И я не доктор. Просто научили кое-чему.
– Лучше бы научили быстро бегать, – пробурчала черепаха из кармана. – Догоняй Свифта, пока не упорхнул.
Ну, я и побежал.
Признаться, догонять птицу – весьма неблагодарное занятие. Эти жулики всё время норовят срезать путь. А тому, кто бежит по земле, нужно, между прочим, обегать дома и прочие препятствия.
Надо отдать должное Свифту. Он прекрасно осознавал этот факт и периодически останавливался, дожидаясь, пока я обогну то или иное строение.
